Тиуанако - таинственные руины боливии. Напряжение в электрической сети Боливии

Боливия (Bolivia ) – государство, расположенное в центральной части Южной Америки. Боливия страна «чемпион » по многим параметрам: самая многоязычная страна, в которой насчитывается более 30 различных языков планеты; самая высокогорная страна, одна из самых богатых стран на природные ресурсы, при этом одна из самых бедных в мире. Государство, пережившее меньше чем за два столетия, более 200 переворотов. Боливия очень интересная и необычная страна, наполненная уникальными природными достопримечательностями и красотами архитектуры.

Боливия – страна «чемпион »

1. Столица

Официальная столица Боливии город Сукре (Sucre ), административный центр департамента Чукисака. Сукре — является одним из самых старых городов Южной Америки и самым красивым городом Боливии. Фактической же столицей является — город Ла-Пас (La Paz )(полное название Нуэстра-Сеньора-де-ла-Пас), тут же находится большинство государственных учреждений Боливии, включая резиденцию президента страны. Сукре и Ла-Пас — самые высокогорные столицы в мире.

В Ла-Пас е сосредоточено свыше половины всей промышленности Боливии . Именно отсюда экспортируются цитрусовые, кофе, какао, цинк и олово. Ла-Пас — первый город Латинской Америки, в котором начали добычу серебра и золота.

2. Флаг

Флаг Боливии (Flag of Bolivia ) представляет собой прямоугольное полотнище с соотношением сторон 15:22. Флаг Боливии разделен на три горизонтальные полосы одинаковой ширины: верхнюю красную, среднюю желтую, на которой изображен герб Боливии и нижнюю зеленую. Красный цвет – кровь национальных героев, пролитая за независимость Боливии . Желтый цвет – неисчерпаемые природные ресурсы боливийских земель. Зеленый цвет флага — надежда на светлое будущее, стремление к прогрессу и развитию.

3. Герб

Герб Боливии (Coat of arms of Bolivia ) представляет собой боевой щит овальной формы, по обеим сторонам которого находятся по 3 национальных флага Боливии и по 2 мушкета, слева изображен Фригийский колпак на деревянном посохе, а справа – боевой топор. Внутри щита изображена долина горы Потоси, из-за вершины которой восходит красное солнце. У подножия горы находится часовня, внизу изображены лама Альпака, сноп пшеницы и пальма. Щит обрамлен, синей каймой, на которой выгравированы золотом слово BOLIVIA (Боливия ) (сверху) и 10 звезд (снизу). Над щитом изображены лавровый венок и главная птица горной системы Анд – кондор.

  • Гора Серро-Рико-де-Потоси, хранящая залежи серебра — символ богатства природными ресурсами;
  • Часовня – символ главенствующей религии Боливии (католицизм);
  • Лама Альпака и кокосовая пальма — символы богатого животного и растительного мире страны;
  • Сноп пшеницы — плодородность боливийских земель;
  • Восходящее солнце символизирует рождение Республики;
  • Андский кондор — олицетворение силы и мощи;
  • Лавровый венок — символ победы;
  • Артиллерийское оружие — готовность дать отпор любой опасности;
  • Фригийский колпак на деревянном посохе — борьба за свободу и равенство;
  • 10 звезд символизируют девять департаментов Боливии, включая десятый, относящийся ныне к Чили. Десятая звезда – символ права
  • на выход к морю, которое было утрачено в 1884 году.

4. Гимн

слушать гимн Боливии

5. Валюта

Официальная валюта Боливии боливиано , равный 100 сентаво (буквенное обозначение (Bs, B$, BOB) . В обращении находятся монеты номиналом в 1 и 2 боливиано , плюс в 10, 20 и 50 сентаво , а также банкнотами достоинством в 5, 10, 20, 50, 100 и 200 боливиано . Доллары США можно расплатиться практически везде. Курс боливиано к рублю или другой любой валюте можно посмотреть на конвертере валют ниже:

Внешний вид монет Боливии

Внешний вид банкнот Боливии

6. Боливия на карте мира

Боливия - государство в центральной части Южной Америки, граничащее на севере и северо-востоке с Бразилией, на юго-востоке с Парагваем, на юге с Аргентиной, на юго-западе и западе с Чили и Перу. Доступ к Тихому океану, возможен по реке Парагвай. Площадь Боливии составляет 1 098 580 км² .

В Боливии можно выделит три основных географических региона: Анды и Альтиплано (нагорье) на Западе; Юнгас и долины на восточных склонах Анд; тропические равнины (Орьенте), занимающие всю восточную часть страны, более чем 2/3 территории Боливии , состоящие из болот, лугов, тропических и субтропических лесов.

Самая высокая точка Боливии — потухший вулкан Сахама, высота которого составляет 6542 м. Главные реки страны – Бени, Десагуадеро и Маморе. Самое «высокое» судоходное озеро в мире — Титикака, расположенное на высоте 3 810 метров над уровнем моря.

7. Как добраться в Боливию?

8. На что что стоит посмотреть в Боливии?

Достопримечательности Боливии – великолепные, необычайной красоты природные ландшафты, величественные пейзажи Анд, большое количество памятников исчезнувших цивилизаций и многое, многое другое.

  • Археологический комплекс Тиуанаку
  • Водопад Аркоирис
  • Высохшее соленое озеро Уюни
  • Долина гейзеров Соль де Маньяна
  • Древний город Исканвайя
  • Кладбище паровозов
  • Лунная долина Ла Паса
  • Монастырь La Recoleta
  • Национальный парк Мадиди
  • Озеро Титикака
  • Региональный парк Lomas de Arena
  • Рудники Потоси — Врата Ада
  • Соляное озеро Салар де Юни
  • Статуя Христа «Кристо де ла Конкордия»
  • Церковь Сан-Франциско

9. Крупнейшие города Боливии

Список десяти крупнейших городов Боливии
  • Санта-Крус-де-ла-Сьерра (Santa Cruz de la Sierra)
  • Эль-Альто (El Alto)
  • Ла-Пас (La Paz ) — (фактическая столица Боливии )
  • Кочабамба (Cochabamba)
  • Оруро (Oruro)
  • Сукре (Sucre ) — (официальная столица Боливии )
  • Тариха (Tarija)
  • Потоси (Potosí)
  • Сакаба (Sacaba)
  • Киллаколло (Killacollo)

10. Климат

Климат Боливии достаточно разнообразный, на равнинах — тропический и субэкваториальный, а в горных районах — резко континентальный. Погодные условия в стране напрямую зависят от высоты места над уровнем моря. Средняя температура лета, а оно длится в Боливии в период с октября по февраль, составляет +18…+20 °C (в горных районах) и +31…+33 °C (на восточных равнинах). Зимой (в период с мая по август) температура находится в пределах +19…+21 °C, а высокогорных городах +6…+10 °C.

Количество выпадающих осадков в Боливии прямо пропорционально увеличивается в направлении с юго-запада на северо-восток. От 150 мм в год в западной и юго-западной части Альтиплано до 2000 мм осадков в Орьенте. Максимальное их количество приходится на период с декабря по февраль.

11. Население

Население Боливии составляет 10 992 835 человек (данные по состоянию на февраль 2017 года). Больше половины населения — 54% — это индейцы (аймара и кечуа), 29% — метисы (смесь европейцев с индейцами), 17% — европейцы (преимущественно испанцы). Средняя продолжительность жизни у мужчин — 64 года, у женщин -70 лет у женщин.

12. Язык

13. Религия

14. Праздники

Национальные праздники Боливии:

15. Сувенирчики

Вот небольшой списочек наиболее распространенный сувениров , которые туристы обычно привозят из Боливии :

  • амулет процветания в виде высушенной жабы, со вставленными глазами из стекла
  • гитар — чаранга
  • национальные наряды, украшенные серебром и золотом
  • резная деревянная мебель
  • сувенир из лавовго камня » солнце Инди»
  • талисман аймара
  • тыква-погремушка — «Пичинча»
  • шкурки в виде ковриков
  • шкуры леопардов, ягуаров, питонов или анаконд
  • шерстяные вещи

16. «Ни гвоздя, ни жезла» или таможенные правила

17. Напряжение в электрической сети Боливии

Напряжение в электрической сети: 230 вольт , 115 вольт (городах Ла Пас и Виача) при частоте в 50 герц . Типы розеток: Тип A, Тип C .

18. Телефонный код и доменное имя Боливии

Телефонный код страны: +591
Географическое доменное имя первого уровня: .bo

Дорогой читатель! Если ты был в этой стране или тебе есть что рассказать интересного о Боливии . ПИШИ! Ведь, твои строчки могут быть полезными и познавательными для посетителей нашего сайта «По планете шаг за шагом» и для всех любителей путешествовать.

ТИУАНАКО - КОЛЫБЕЛЬ ЦИВИЛИЗАЦИИ.

«Все мифы, под-твер-жда-е-мые гео-гра-фи-че-скими дан-ными и архео-ло-ги-че-скими наход-ками, ука-зы-вают на южный берег озера Тити-кака как на колы-бель не только чело-ве-че-ской циви-ли-за-ции в Южной Аме-рике, но и самих богов. Именно отсюда, как гово-рят нам легенды, нача-лось засе-ле-ние Анд после Вели-кого потопа; именно здесь была оби-тель богов во главе с Вира-ко-чей; именно здесь осно-ва-те-лям Древ-ней Импе-рии были даны зна-ния, марш-рут-ные карты и Золо-той Жезл, при помощи кото-рого они опре-де-лили поло-же-ние «Пупа Земли», где и был осно-ван город Куско.


Что каса-ется пер-вых людей в Андах, то мифы свя-зы-вают их появ-ле-ние с двумя ост-ро-вами у южного берега озера Тити-кака. Они носили назва-ние ост-рова Солнца и ост-рова Луны, поскольку эти два небес-ных све-тила счи-та-лись глав-ными помощ-ни-ками Вира-кочи . Свя-зан-ная с кален-да-рем сим-во-лика этих мифов обра-тила на себя вни-ма-ние мно-гих уче-ных. Как бы то ни было, оби-тель Вира-кочи рас-по-ла-га-лась не на ост-рове, а на южном побе-ре-жье озера в Городе Богов. Это место, назы-вав-ше-еся Тиа-ху-а-наку, было насе-лено богами (согласно мест-ным пре-да-ниям) с неза-па-мят-ных вре-мен. Легенды рас-ска-зы-вают, что там были колос-саль-ные по своим раз-ме-рам соору-же-ния, кото-рые могли постро-ить только гиганты».

Заха-рия Сит-чин «Арма-гед-дон откла-ды-ва-ется»

Тиа-у-а-нако - самый древ-ний, самый боль-шой и самый зага-доч-ный город Аме-рики, кото-рый по пре-да-ниям был воз-ве-ден богами. С тем, что стро-и-тель-ство в Тиа-у-а-нако велось богами во плоти, согласны сто-рон-ники тео-рии палео-кон-такта, такие, как З. Сит-чин, и моло-дое поко-ле-ние иссле-до-ва-те-лей, в част-но-сти оте-че-ствен-ных, инте-ресы кото-рых лежат в обла-сти «запрет-ных тем исто-рии» (А. Скля-ров). Но если апо-ло-геты палео-кон-такта под богами под-ра-зу-ме-вают ино-пла-не-тян, то иссле-до-ва-тели «запрет-ных тем» акку-ратно обхо-дят вопрос о про-ис-хож-де-нии богов, все-гда берут это слово в кавычки и гово-рят о «древ-ней высо-ко-раз-ви-той цивилизации».

В связи с Тиа-у-а-нако было выска-зано мно-же-ство раз-лич-ных утвер-жде-ний и гипо-тез, бóль-шую часть из кото-рых пере-чис-лил чеш-ский аме-ри-ка-нист Мило-слав Стингл:

«Исто-ри-че-ская исклю-чи-тель-ность Тиа-у-а-нако прежде порож-дала самые фан-та-сти-че-ские пред-по-ло-же-ния. Так, X.С. Белами счи-тал, что этот «свя-щен-ный город» вообще явля-ется ста-рей-шим горо-дом в мире и построен 250 тысяч лет назад! Артур Познан-ский , у кото-рого немало заслуг в изу-че-нии Тиа-у-а-нако, утвер-ждал, что Веч-ный город воз-ник 17 тысяч лет назад и явля-ется «колы-бе-лью аме-ри-кан-ского чело-века». Извест-ный нор-веж-ский уче-ный Тур Хей-ер-дал счи-тал его жите-лей также созда-те-лями позд-ней-ших огром-ных ста-туй на поли-не-зий-ском ост-рове Пасхи… Неко-то-рые иссле-до-ва-тели пола-гали, что к стро-и-тель-ству Тиа-у-а-нако при-частны севе-ро-ев-ро-пей-ские викинги. А про-ис-хож-де-ние аймара, живу-щих по сосед-ству с Тиа-у-а-нако, свя-зы-ва-лось даже с биб-лей-ским Ада-мом (если пове-рить одному из ста-рых боли-вий-ских авто-ров, Адам гово-рил на языке аймара!). Даже наци-сты, про-воз-гла-сив-шие викин-гов сво-ими пред-ше-ствен-ни-ками, предъ-яв-ляли права на Тиа-у-а-нако. Уже после войны неко-то-рые несе-рьез-ные авторы все еще повто-ряли мисти-че-ское утвер-жде-ние, будто стро-и-те-лями Тиа-у-а-нако были рыже-во-ло-сые викинги».

Крат-кий исто-ри-че-ский экскурс.

Офи-ци-аль-ная исто-ри-че-ская наука гово-рит нам, что Тиа-у-а-нако было сто-ли-цей одно-имен-ной доинк-ской циви-ли-за-ции, кото-рая доми-ни-ро-вала в реги-оне Анд-ских гор между 500 и 900 гг. н.э. В городе во время его рас-цвета про-жи-вало 20000 жите-лей, он зани-мал пло-щадь в 2,6 кв. км. Сей-час Тиа-у-а-нако - архео-ло-ги-че-ский ком-плекс, рас-по-ло-жен-ный на цен-траль-ном боли-вий-ском Аль-ти-плано (высо-ко-гор-ном плато) в 20 км к юго-востоку от озера Тити-кака, депар-та-мент Ла-Пас, Боливия.

Когда-то город назы-вался Тай-пи-кала - Центр мира, по дру-гим дан-ным, Винь-ай-марка - Веч-ный город, а ныне его имя - Тиа-у-а-нако (Tiahuanaco), или Тива-наку (Tiwanaku) - Мерт-вый город.

Уче-ные счи-тают, что тиа-у-а-на-кан-ская куль-тура заро-ди-лась при-бли-зи-тельно в 2000 - 1500 гг. до н.э.. В период между 300 г. до н.э. и 300 г. н.э. город Тиа-у-а-нако был рели-ги-оз-ным цен-тром, в кото-рый совер-ша-лись паломничества.

Со вре-ме-нем Тиа-у-а-нако стало импер-ской сто-ли-цей. Однако пер-вые иссле-до-ва-тели Тиа-у-а-нако счи-тали, что оно не могло быть круп-ным горо-дом, а лишь «цере-мо-ни-аль-ным цен-тром с неболь-шим коли-че-ством посто-ян-ных оби-та-те-лей». Так, пио-нер аме-ри-кан-ской архео-ло-гии Эфраим Джордж Ску-айер в 1877 г. писал: «…Этот район не может снаб-жать про-дук-тами пита-ния или под-дер-жи-вать зна-чи-тель-ное насе-ле-ние и опре-де-ленно не под-хо-дит для рас-по-ло-же-ния сто-лицы госу-дар-ства. Тиа-у-а-нако мог играть роль свя-щен-ного города, поло-же-ние кото-рого было опре-де-лено слу-чаем, про-ро-че-ством или сно-ви-де-нием, но мне трудно пове-рить, что здесь нахо-дился центр вла-сти».

И дей-стви-тельно высо-ко-гор-ная мест-ность близ озера Тити-каки мало при-годна для веде-ния зем-ле-де-лия обыч-ными мето-дами. Пла-чев-ное состо-я-ние сель-ского хозяй-ства в этом рай-оне сего-дня - пря-мое тому дока-за-тель-ство. Однако иссле-до-ва-ния пока-зали, что сель-ское хозяй-ство тиа-у-а-на-кан-цев нахо-ди-лось на столь высо-ком уровне, что вполне могло про-кор-мить столицу.

На обна-жив-шихся от ушед-шей воды озера зем-лях име-лись харак-тер-ные чере-ду-ю-щи-еся полосы под-ня-тия и опу-ще-ния почвы. Только в 60-х гг. XX в. уда-лось понять назна-че-ние этих под-ня-тых полос-платформ и мел-ких кана-лов. Види-мые сего-дня эти «вару-ваару», как назы-вают их индейцы, ока-за-лись частью агро-тех-ни-че-ского ком-плекса, создан-ного в дои-сто-ри-че-ские вре-мена, но «пре-взо-шед-шего совре-мен-ные системы зем-ле-поль-зо-ва-ния». Сей-час они назы-ва-ются под-ня-тыми поло-сами (под-ня-тыми полями). На рав-нине вокруг озера Тити-кака жители насы-пали искус-ствен-ные кур-ганы из почвы, оро-ша-е-мые с помо-щью кана-лов между полями.

Работы по вос-со-зда-нию системы под-ня-тых полей пока-зали, что кар-то-фель, к при-меру, здесь рас-тет гораздо лучше, чем при обыч-ной посадке в сухую почву на рав-нине. На этой высоте глав-ным вра-гом зем-ле-дель-цев явля-ются замо-розки, кото-рые нано-сят боль-шой ущерб уро-жаю. На под-ня-тых полях воз-дей-ствие замо-роз-ков сво-ди-лось к мини-муму, так как вода в кана-лах вокруг них сохра-няла днев-ное тепло и под-дер-жи-вала более высо-кую тем-пе-ра-туру, чем на окру-жа-ю-щей рав-нине. Уро-жай на под-ня-тых полях не постра-дал и от жгу-чей засухи, а затем и от навод-не-ния, когда зато-пило сосед-ние поля. На экс-пе-ри-мен-таль-ных участ-ках кар-то-фель давал втрое боль-ший уро-жай, чем на наи-бо-лее про-дук-тив-ных совре-мен-ных полях.

Для А. Познан-ски не было сомне-ний в том, что Тиа-у-а-нако - самым древ-ний и самый зна-чи-тель-ный город Нового Света. Здесь пра-вила вер-хов-ная раса, учре-див-шая законы и нормы морали, кото-рые рас-про-стра-ни-лись до Арген-тины и юго-запада совре-мен-ных Соеди-нен-ных Шта-тов. При-бреж-ное поло-же-ние Тиа-у-а-нако обу-слов-ли-вало про-цве-та-ние города. Архео-логи согласны с Арту-ром Познан-ски в том, что Тиа-у-а-нако был круп-ным цен-тром вла-сти, хотя и не при-ем-лют его дати-ровки. Кроме того, никто не отри-цает риту-аль-ного пред-на-зна-че-ния Тиа-у-а-нако.

Импе-рия в период сво-его рас-цвета (700 - 900 гг. н.э.) зани-мала зна-чи-тель-ную часть Анд-ского наго-рья и рас-про-стра-ня-лось до побе-ре-жья Тихого оке-ана. На этой тер-ри-то-рии нахо-дятся нагор-ный запад совре-мен-ной Боли-вии, юг Перу, север Чили и северо-запад Арген-тины. Тор-го-вые и куль-тур-ные связи Тиа-у-а-нако рас-про-стра-ня-лись на бо?льшую часть Южной Аме-рики. Импе-рия завер-шила свое суще-ство-ва-ние при-мерно к 900 - 1200 гг. При-чины ее паде-ния неясны. Похоже, что пере-мены были вне-зап-ными: пустеют как сто-лица, так и про-вин-ци-аль-ные цен-тры. Гибель сто-лицы вызвала бра-то-убий-ствен-ные войны, довер-шив-шие раз-вал страны, кото-рую захва-тили пле-мена колья (айма-ров).

А. Познан-ски при-шел к заклю-че-нию о том, что Тиа-у-а-нако пере-жило две ката-строфы - одну при-род-ную, вызван-ную лави-ной воды, а затем некое бед-ствие неиз-вест-ного про-ис-хож-де-ния.

«По мне-нию Познан-ски, о том, что непо-сред-ствен-ной при-чи-ной гибели Тиа-у-а-нако яви-лось навод-не-ние, - пишет Г. Хэн-кок , - сви-де-тель-ствует «нали-чие пред-ста-ви-те-лей озер-ной флоры (Paludestrina culminea, P. andecola, Planorbis titicacensis и др.) в нано-сах вме-сте со ске-ле-тами людей, погиб-ших в ката-клизме. Кроме того, в этом же нанос-ном слое обна-ру-жены кости рыб Orestias из совре-мен-ного семей-ства bogas… Также было обна-ру-жено, что фраг-менты ске-ле-тов людей и живот-ных лежат «в хао-ти-че-ском бес-по-рядке вме-сте с обра-бо-тан-ными кам-нями, ору-ди-ями, инстру-мен-тами и бес-чис-лен-ным коли-че-ством дру-гих пред-ме-тов. Видно, что все это волокла, ломала и сва-ли-вала в кучу какая-то сила. Любой, кто взял бы на себя труд выко-пать шурф метра в два глу-би-ной, не смог бы отри-цать, что все эти кости, кера-мику, дра-го-цен-но-сти, ору-дия и инстру-менты собрала и сме-шала раз-ру-ши-тель-ная сила воды в соче-та-нии с рез-кими дви-же-ни-ями грунта… Слои нано-сов покры-вают целые поля облом-ков стро-е-ний, и озер-ный песок, сме-шан-ный с рако-ви-нами из Тити-каки, раз-дроб-лен-ный поле-вой шпат и вул-ка-ни-че-ский пепел нако-пи-лись в замкну-тых про-стран-ствах, окру-жен-ных сте-нами…».

Алан Колата (Alan L. Kolata), аме-ри-кан-ский архео-лог, антро-по-лог и этно-и-сто-рик (Чикаг-ский уни-вер-си-тет), наряду с боли-вий-скими уче-ными иссле-до-вав-ший Тиа-у-а-нако и его окрест-но-сти в тече-ние 80-х и начале 90-х гг. XX в., счи-тал, что при-чи-ной паде-ния Тиа-у-а-нако стала «при-род-ная ката-строфа бес-пре-це-дент-ных мас-шта-бов», но не навод-не-ние, а нечто прямо про-ти-во-по-лож-ное. В анд-ских лед-ни-ках и в осад-ках на дне озера Тити-кака сохра-ни-лись сви-де-тель-ства дол-гого засуш-ли-вого пери-ода, кото-рый начался в X в. и про-дол-жался не менее чем до 1300 г. Вода ушла с под-ня-тых полос, что при-вело к неуро-жаям. В резуль-тате вся доро-го-сто-я-щая система импер-ской вла-сти начала рушиться. Ока-зав-шись не в состо-я-нии под-дер-жи-вать вну-ши-тель-ное город-ское хозяй-ство, люди поки-нули Тиа-у-а-нако и больше уже не воз-вра-ща-лись туда.

Пер-вым инк-ским пра-ви-те-лем (если не счи-тать леген-дар-ного Манко Капака), кото-рый побы-вал в Тиа-у-а-нако, был чет-вер-тый Инка - Майта Капак. Город в то время уже был вымер-шим. Именно инки назвали его Мерт-вым горо-дом - Тиа-у-а-нако.

По сви-де-тель-ству испан-ского хро-ни-ста Педро Сьесы де Леона , «пер-вые Инки посто-янно зани-ма-лись стро-и-тель-ством сво-его двора и рези-ден-ции в нем в этом Тиа-гу-а-нако». В сто-роне от древ-них соору-же-ний Тиа-у-а-нако в его быт-ность нахо-ди-лись «посто-я-лые дворы Инков, и дом где родился Манко Инка, сын Вайна Капака». Рядом с ними были «рас-по-ло-жены две гроб-ницы мест-ных пра-ви-те-лей этого селе-ния, высо-той как башни, широ-кие и угло-ва-тые, двери обра-щены к вос-ходу солнца».

На свя-щен-ном ост-рове Тити-кака, куда по легенде Инти спу-стил на землю пер-вых инков Манко Капака и его сестру и жену Маму Окльо, инки постро-или «бога-тей-ший храм, цели-ком обши-тый слит-ками золота, посвя-тив его Солнцу, куда пого-ловно (universalmente) все про-вин-ции, под-чи-нен-ные инке, каж-дый год при-но-сили под-но-ше-ния [в виде] мно-же-ства золота, и серебра, и дра-го-цен-ных кам-ней».

Совре-мен-ный вид руин Храма Солнца на ост-рове Солнца.

Одна из ком-нат храма Солнца. Гра-вюра из книги Э. Ску-ай-ера «Перу. Эпи-зоды путе-ше-ствия и иссле-до-ва-ние в стране инков».

По дан-ным Педро Сьесы де Леона, из храма Солнца «испанцы в раз-ные вре-мена взяли при-лично» и сокро-вищ там уже нет. Однако у Гар-си-ласо де ла Веги дру-гая вер-сия: «…Как только индейцы узнали о при-ходе на те земли испан-цев и что они заби-рали себе все богат-ства, кото-рые нахо-дили, они бро-сили все в то вели-кое озеро».

Со слов Гар-си-ласо де ла Веги известно, что инк-ские пра-ви-тели «не только хра-мом и его бога-тей-шими укра-ше-ни-ями обла-го-ро-дили тот ост-ров»: «Они сколько могли, выров-няли его, убрав с него камни и глыбы; постро-или плат-формы, кото-рые засы-пали хоро-шей пло-до-род-ной зем-лей, [спе-ци-ально] при-ве-зен-ной изда-лека, чтобы поса-дить здесь маис, ибо во всем том рай-оне, поскольку это очень холод-ная земля, он никак не при-ни-мался. На тех плат-фор-мах они выса-жи-вали его вме-сте с семе-нами дру-гих [рас-те-ний], и, хотя за ним много уха-жи-вали, они соби-рали лишь немно-го-чис-лен-ные початки, кото-рые как свя-щен-ная вещь достав-ля-лась королю, а он отно-сил их в храм Солнца, и посы-лал избран-ным дев-ствен-ни-цам, кото-рые нахо-ди-лись в Коско, и при-ка-зы-вал, чтобы их напра-вили [и] в дру-гие оби-тели и храмы, кото-рые име-лись в Коро-лев-стве: в один год - одним, в дру-гой - дру-гим, чтобы все насла-ди-лись бы тем зер-ном, кото-рое при-несли как бы с неба. Его выса-жи-вали в садах хра-мов Солнца и домов избран-ниц в про-вин-циях, где они име-лись, а то, что соби-ра-лось, рас-пре-де-ля-лось среди селе-ний тех про-вин-ций. Несколько зерен кидали в жит-ницы Солнца и короля и в хра-ни-лища сове-тов, чтобы они, будучи боже-ствен-ного про-ис-хож-де-ния, охра-няли бы, уве-ли-чи-вали и спа-сали бы от порчи хлеб, кото-рый был там собран для все-об-щего под-дер-жа-ния (sus tento). Если же индеец мог запо-лу-чить одно зер-нышко того маиса или любого дру-гого злака (semilla), чтобы бро-сить его в свои склады, он счи-тал, что всю свою жизнь не будет испы-ты-вать недо-статка в хлебе; такими вот суе-вер-ными они были во всем, что каса-лось их инков».

Со вре-мен втор-же-ния испан-цев и до срав-ни-тельно недав-него вре-мени Тиа-у-а-нако под-вер-гался разрушению.

Зна-ние под запре-том богов.

Суще-ство-ва-ние мно-же-ства раз-лич-ных тео-рий, мне-ний и гипо-тез каса-тельно Тиа-у-а-нако объ-яс-ня-ется невоз-мож-но-стью соста-вить пол-ное, а соот-вет-ственно пра-виль-ное пред-став-ле-ние об его исто-рии из-за недо-ста-точ-но-сти исто-ри-че-ских источ-ни-ков. Созда-ется впе-чат-ле-ние, что боже-ствен-ные стро-и-тели и жители Тиа-у-а-нако наме-ренно сде-лали зна-ние о нем недоступным.

Одна из самых боль-ших про-блем иссле-до-ва-ния исто-рии циви-ли-за-ций, нахо-див-шихся на тер-ри-то-риях совре-мен-ных Перу и Боли-вии, - это отсут-ствие у них пись-мен-но-сти. Есть све-де-ния о том, что пись-мен-ность была, но в какое-то время боги ее запре-тили, и все пись-мен-ные объ-екты были уни-что-жены по их при-казу. А важ-ней-шие собы-тия были отра-жены в мифах и леген-дах, кото-рые индей-цам было велено запо-ми-нать и пере-да-вать изустно из поко-ле-ния в поко-ле-ние в виде песен. Един-ствен-ными пись-мен-ными источ-ни-ками по доко-лум-бо-вой исто-рии Перу явля-ются записи испан-ских свя-щен-но-слу-жи-те-лей, в обя-зан-но-сти кото-рых вхо-дило путе-ше-ство-вать по заво-е-ван-ным местам для изу-че-ния нра-вов, обы-чаев и веро-ва-ний народа их насе-ля-ю-щего. Эти записи должны были облег-чить поко-ре-ние индей-цев и обра-ще-ние их в хри-сти-ан-ство. Однако инфор-ма-ция, собран-ная свя-щен-ни-ками, зача-стую была изна-чально иска-жена индей-цами из-за неже-ла-ния сотруд-ни-чать с окку-пан-тами или из-за страха перед нака-за-нием за при-вер-жен-ность своей вере. Она могла быть непра-вильно понята хро-ни-стами, поскольку сооб-ща-лась на чужом, мало-зна-ко-мом языке и могла быть столь неве-ро-ятна для евро-пейца, что его ум отка-зы-вался ее пони-мать и интер-пре-ти-ро-вал в соот-вет-ствии с при-выч-ными пред-став-ле-ни-ями о миро-по-рядке и пр.

О Тиа-у-а-нако бес-цен-ная инфор-ма-ция содер-жится в «Хро-нике Перу» Педро Сьесы де Леона. В 1540 г. он посе-тил раз-ва-лины Тиа-у-а-нако и запи-сал свя-зан-ные с ним легенды. Также пред-став-ляет боль-шой инте-рес труд Инки Гар-си-ласо де ла Веги «Исто-рия госу-дар-ства инков».

Испанцы, с одной сто-роны, собрали важ-ней-шую инфор-ма-цию, кото-рая и сей-час исполь-зу-ется исто-ри-ками, но с дру-гой сто-роны, они лишили их не менее важ-ных - мате-ри-аль-ных сви-де-тельств. Кон-ки-ста-доры сде-лали все, чтобы уни-что-жить духов-ную и мате-ри-аль-ную куль-туру индей-цев, обра-щая их насильно в хри-сти-ан-ство и грабя и раз-ру-шая их храмы и исполь-зуя их камни для стро-и-тель-ства своих зда-ний. По дан-ным А. Познан-ски, бóль-шей части состав-ляв-ших их бло-ков руины Тиа-у-а-нако лиши-лись в начале XVII в., когда была постро-ена цер-ковь в деревне Тиа-у-а-нако. «Бронза огром-ных бол-тов, кото-рыми соеди-ня-лись камен-ные плиты, - писал он, - была исполь-зо-вана при отливке коло-ко-лов для той же церкви». В отно-си-тель-ной сохран-но-сти после кон-ки-ста-до-ров оста-лось лишь то, что было надежно укрыто зем-лей и могло быть най-дено археологами.


Кар-тина неиз-вест-ного худож-ника пока-зы-вает нам, что Тиа-у-а-нако какое-то время дей-стви-тельно было надежно укрыто зем-лей, над кото-рой воз-вы-ша-лись только огром-ные вер-ти-каль-ные столбы и, что уди-ви-тельно, совер-шенно ровно сто-я-щие и не рас-ко-ло-тые Врата Солнца. Больше всего меня пора-зило даже не запу-сте-ние этого места, а то, что оно было покрыто таким слоем почвы, что смогло пре-вра-титься в пахот-ное поле. Но для обра-зо-ва-ния куль-тур-ного слоя подоб-ной тол-щины, нужно, чтобы здесь жило очень много людей в тече-ние очень долго вре-мени. Но ничего такого не было. Зна-чит, в самом деле Тиа-у-а-нако было спря-тано богами с помо-щью какого-то сти-хий-ного бед-ствия. Какого? На эту роль под-хо-дит только навод-не-ние. А что уж совсем пора-зи-тельно, так это то, что и Ака-пана выгля-дит совер-шенно как обыч-ная невы-со-кая гора. Навер-ное, ее так сгла-дила вода.

Видимо, этот пей-заж с пас-то-раль-ной груп-пой напи-сан еще до того, как на тер-ри-то-рии Тиа-у-а-нако нача-лись добыча камня и поиски кла-дов инков. Жаль, что нельзя уста-но-вить время напи-са-ния кар-тины, потому что она явля-ется очень важ-ным исто-ри-че-ским доку-мен-том. Можно лишь пред-по-ло-жить, что это - работа худож-ника XVIII в. школы Куско, т.е. школы коло-ни-аль-ной, европеизированной.

Необы-чен и ракурс, в кото-ром было изоб-ра-жено Тиа-у-а-нако. Совре-мен-ные путе-ше-ствен-ники с этой точки не фото-гра-фи-руют. Кала-са-сайя обра-щена к нам своей запад-ной сто-ро-ной, про-ти-во-по-лож-ной совре-мен-ному парад-ному входу, а перед ней - почти уто-нув-ший в земле Дво-рец сар-ко-фа-гов (Путуни). Худож-ник, видимо, нахо-дился на холме, остав-шемся от пира-миды Лакаколью.

По поводу нано-сов аллю-вия А. Познан-ски писал следующее:

«Есть много осно-ва-ний пола-гать, что Пума-Пунку было почти пол-но-стью покрыто нано-сами аллю-вия, кото-рые были сме-тены, в част-но-сти, во время очень ста-рых поис-ков задолго до кон-ки-сты. Позже, когда жители Пире-ней-ского полу-ост-рова при-шли на Аль-ти-плано, новые рас-копки в поис-ках скры-тых сокро-вищ были про-ве-дены в боль-ших масштабах.

Еще позже, в тот период, когда эти руины слу-жили карье-ром для стро-и-тель-ства церкви в совре-мен-ной деревне Тиуа-наку, осталь-ная часть нано-сов, кото-рыми все еще были покрыты руины, была уда-лена. Охот-ники за сокро-ви-щами искали даже под огром-ными бло-ками, таково было жгу-чее жела-ние найти богат-ство».

После раз-граб-ле-ния Тиа-у-а-нако в XVII в. инте-рес к нему, видимо, осла-бел, и его на неко-то-рое время оста-вили в покое. Но в любом слу-чае для испан-цев оно явля-лось насле-дием корен-ного насе-ле-ния, к кото-рому они испы-ты-вали отвра-ще-ние и ненависть.

Изме-не-ние отно-ше-ния к этим руи-нам имело место во время войны за неза-ви-си-мость от испан-ского гос-под-ства (1810 - 1826), когда Тиа-у-а-нако и доко-лум-бо-вое про-шлое были под-дер-жаны моло-дыми бор-цами за неза-ви-си-мость в каче-стве икон новой нации. Эта точка зре-ния под-твер-жда-ется тем фак-том, что в 1825 г. Хосе Анто-нио де Сукре (José Antonio de Sucre) - вна-чале пра-вив-ший как осво-бо-ди-тель Боли-вии, а затем как пре-зи-дент - при-ка-зал выко-пать из земли и под-нять Врата Солнца в Тиа-у-а-нако в каче-стве сим-вола роста новой нации (по дан-ным Кар-лоса Понсе Сан-хи-неса). Эти наци-о-на-ли-сти-че-ские настро-е-ния были недол-гими, а боли-вий-ская рес-пуб-ли-кан-ская интел-ли-ген-ция затем ока-за-лась под вли-я-нием науч-ного расизма и высту-пала в под-держку идеи о врож-ден-ной пре-ступ-но-сти и непол-но-цен-но-сти корен-ных анд-цев. Сочи-не-ния боли-вий-ских уче-ных в это время изоб-ра-жали Тиа-у-а-нако либо как сим-вол про-шлого, кото-рый дол-жен быть уни-что-жен, чтобы перейти к более про-све-щен-ной эре, или как обра-зец циви-ли-за-ции, забы-той ее индей-скими потом-ками.

Гра-вюра из книги Э. Ску-ай-ера, изоб-ра-жа-ю-щая пор-тал ограды церкви в селе-нии Тиа-у-а-нако, рядом с кото-рым уста-нов-лены ста-туи из Храма камен-ных голов.

Эфраим Ску-айер во время сво-его посе-ще-ния Тиа-у-а-нако в начале 60-х гг. XIX в. явился сви-де-те-лем про-яв-ле-ний этой идеологии.

В своей книге «Перу. Эпи-зоды путе-ше-ствия и иссле-до-ва-ние в стране инков» Э. Ску-айер писал:

«Пер-вое, что пора-жает в селе Тиа-у-а-нако посе-ти-теля, - это боль-шое коли-че-ство пре-крас-ного теса-ного камня в гру-бых стро-е-ниях, мосто-вых, огра-дах дво-ров. Он исполь-зу-ется в каче-стве пере-мы-чек, кося-ков, сиде-ний, сто-лов, емко-стей для воды. Цер-ковь постро-ена в основ-ном из него… Повсюду остатки древ-но-стей из сосед-них раз-ва-лин, кото-рые были реаль-ным карье-ром, откуда были взяты теса-ные камни не только для Тиа-у-а-нако и для всех дере-вень и церк-вей его долины, но и для воз-ве-де-ния собора Ла-Паса, сто-лицы Боли-вии… Памят-ники про-шлого обес-пе-чили мате-ри-а-лами боль-шин-ство обще-ствен-ных зда-ний, мостов, авто-мо-биль-ных дорог сего-дняш-него дня».

«С 1833 года, однако, ико-но-борцы зара-бо-тали с новой силой, - рас-ска-зы-вает Э. Ску-айер. - Не сумев демон-ти-ро-вать мас-сив-ные камни, состав-ляв-шие базу так назы-ва-е-мого Зала пра-во-су-дия, они зами-ни-ро-вали их и взо-рвали их с поро-хом, извле-кая мно-гие тща-тельно выре-зан-ные фраг-менты, чтобы выстлать собор Ла-Паса» .

Зал пра-во-су-дия нахо-дился в 250 шагах к юго-востоку от Ака-паны, стоял на плат-форме, скреп-лен-ной мед-ными зажи-мами, и имел стены из гигант-ских моно-ли-тов. Раз-ме-рам сла-га-ю-щих его кам-ней, по сло-вам Э. Ску-ай-ера, удив-лялся Педро Сьеса де Леон. Оста-лось только опи-са-ние Зала пра-во-су-дия и тех архи-тек-тур-ных и стро-и-тель-ных чудес, кото-рые там были, сде-лан-ное неза-долго до их уни-что-же-ния Аль-си-дом д’Орбиньи. Я так и не смогла понять из тек-ста книги Э. Ску-ай-ера, о каком объ-екте идет речь. Видимо, он либо еще не рас-ко-пан, либо пол-но-стью исчез.

По сви-де-тель-ству д’Орбиньи, в Тиа-у-а-нако испанцы взры-вали даже боль-шие скульп-туры, чтобы исполь-зо-вать их куски как стро-и-тель-ный мате-риал. Такая судьба постигла и две огром-ные ста-туи, кото-рые опи-сы-вал Педро Сьеса де Леон: «За этим хол-мом (за Ака-па-ной - Ф.Ó.) нахо-дятся два камен-ных идола, обра-зом и подо-бием чело-ве-че-ским, с пре-вос-ходно отде-лан-ными и про-ра-бо-тан-ными чер-тами лица, настолько, что кажется, будто сде-лано это было руками вели-ких худож-ни-ков или масте-ров. Они настолько огром-ные, что кажутся малень-кими гиган-тами, и видно, что их внеш-ний вид и длин-ные оде-я-ния отли-ча-ются от того, что мы видим у мест-ных жите-лей этих про-вин-ций. На голо-вах у них, кажется, есть их орна-мент (укра-ше-ния)». Эти ста-туи, согласно д’Орбиньи, были «раз-биты на куски заря-дами пороха, встав-лен-ными между плечами».

«Голова одной, - пишет Эфраим Ску-айер, - лежит в сто-роне от дороги, в четы-рех лье на пути в Ла-Пас, куда была сде-лана попытка пере-везти ее. Я не видел ее, но вос-про-из-вожу набро-сок, дан-ный Д’Орбиньи, лишь заме-тив, что я не сомне-ва-юсь, что …фигуры изоб-ра-жены тем же авто-ром, что и боль-шой моно-лит (Врата Солнца - Ф.Ó.). Голова имеет 3 фута 6 дюй-мов (около 1,07 м) в высоту и 2 фута 7 дюй-мов (около 0,79 м) в диа-метре, так что, если дру-гие про-пор-ции фигуры были соот-вет-ственны, общая высота памят-ника могла быть около восем-на-дцати футов (5,4 м).

Д’Орбиньи нашел и несколько дру-гих скульп-тур-ных фигур среди руин; одна с чело-ве-че-ской голо-вой и кры-льями при-ми-тивно выпол-нен-ная, дру-гая - живот-ного, напо-ми-на-ю-щего тигра, и т.д. Castelnau упо-ми-нает «огром-ную яще-рицу, выре-зан-ную в камне», и дру-гие изва-я-ния. М. Angrand… гово-рит о восьми таких фигу-рах в деревне Тиа-у-а-нако, кроме того, о двух в Ла-Пасе и одной, раз-би-той по дороге туда».

К началу XX в. отно-ше-ние пра-вя-щего испан-ского мень-шин-ства к Тиа-у-а-нако не изме-ни-лось. Его про-дол-жали свя-зы-вать с неци-ви-ли-зо-ван-ным про-шлым и не только не пыта-лись сохра-нить, но по-прежнему стре-ми-лись уни-что-жить. По сло-вам А. Познан-ски, про-ис-хо-дило «систе-ма-ти-че-ское раз-ру-ше-ние вели-че-ствен-ных руин Тиуа-наку, уни-что-же-ние, осу-ществ-ля-е-мое как стро-и-те-лями желез-ной дороги Гуаки-Ла-Пас, так и индей-ским кон-тин-ген-том совре-мен-ной деревни Тиуа-наку, кото-рый исполь-зо-вал руины в каче-стве карьера для ком-мер-че-ской экс-плу-а-та-ции».

А. Познан-ски обра-щался к Ману-элю Висенте Бал-ли-ви-ану (Manuel Vicente Ballivián), пре-зи-денту Гео-гра-фи-че-ского обще-ства Ла-Паса, добился, чтобы в Кон-грессе про-шли законы по охране архео-ло-ги-че-ских памят-ни-ков Боли-вии, но они не рабо-тали. «Эта про-грамма защиты была отдана в руки госу-дар-ства, кото-рое не выпол-няет законы, не обя-зы-вает кого-либо еще делать это, - с горе-чью отме-чал А. Познан-ски, - в резуль-тате чего ван-даль-ное раз-ру-ше-ние про-дол-жа-лось без-на-ка-занно».

Отно-ше-ние к Тиа-у-а-нако изме-ни-лось только в резуль-тате рево-лю-ции 1952 г., когда к вла-сти при-шли наци-о-на-ли-сти-че-ские лидеры. При жизни А. Познан-ски они напа-дали на него. Но после его смерти в 1946 г. они охотно при-няли его мне-ние о том, что Тиа-у-а-нако как слав-ное про-шлое объ-еди-няет всех боли-вий-цев. В свете этого нового миро-воз-зре-ния важ-ные шаги были пред-при-няты пра-ви-тель-ством Боли-вии в 1953 г., чтобы инсти-ту-ци-о-на-ли-зи-ро-вать архео-ло-гию, что явля-лось частью задачи инте-гра-ции корен-ного боль-шин-ства боли-вий-цев в обще-ствен-ную жизнь страны. Архео-лог Кар-лос Понсе Сан-хи-нес (Carlos Ponce Sanjines) был само-про-воз-гла-шен-ным пио-не-ром и лиде-ром этого дви-же-ния, согласно идео-ло-гии кото-рого наци-о-наль-ная иден-тич-ность осно-вана на рас-кры-тии и сохра-не-нии общего анд-ского про-шлого. Он руко-во-дил Боли-вий-ским госу-дар-ствен-ным цен-тром архео-ло-ги-че-ских иссле-до-ва-ний Тиа-у-а-нако (создан в 1957 г.) в тече-ние после-ду-ю-щих четы-рех деся-ти-ле-тий и опуб-ли-ко-вал мно-го-чис-лен-ные эссе, ста-тьи и книги. По сей день он счи-та-ется самым вли-я-тель-ным спе-ци-а-ли-стом в Боли-вии по архео-ло-гии Тиа-у-а-нако. К. Понсе и его команда архео-ло-гов взяла на себя задачу рас-ко-пок и вос-ста-нов-ле-ния Храма камен-ных голов и Кала-са-сайи (60-е гг. XX в.).

С 60-х гг. XX в. стало наби-рать силу дви-же-ние корен-ных наро-дов за обре-те-ние поли-ти-че-ской и соци-аль-ной вла-сти, заявив-шее о своей потреб-но-сти в авто-ном-ной индей-ской куль-тур-ной само-быт-но-сти. Отверг-нув мечту наци-о-на-ли-стов о вклю-че-нии индей-ских наро-дов в запад-ное обще-ство, Боли-вия начала стро-ить новую модель боли-вий-ской наци-о-наль-ной иден-тич-но-сти, коре-нив-шейся в мно-го-эт-нич-но-сти индей-ских наро-дов. Тиа-у-а-нако стало сим-во-лом для дви-же-ния корен-ных наро-дов. В 1992 г. Еди-ная кон-фе-де-ра-ция проф-со-ю-зов тру-до-вых кре-стьян Боли-вии орга-ни-зо-вала акцию про-те-ста по всей стране в связи с пяти-сот-ле-тием испан-ского коло-ни-а-лизма в Аме-рике. В рам-ках этих про-те-стов аймары про-вели сим-во-ли-че-ский захват Тиа-у-а-нако и про-воз-гла-сили его сто-ли-цей сво-его нового госу-дар-ства]. Придя к вла-сти, пер-вый индей-ский пре-зи-дент Боли-вии Эво Мора-лес, две ина-у-гу-ра-ции по обря-дам айма-ров кото-рого про-хо-дили в Тиа-у-а-нако, дал обе-ща-ние, что рас-копки в архео-ло-ги-че-ском ком-плексе будут про-дол-жены.

Фото twiga_269

Однако работы, кото-рые сей-час ведутся на тер-ри-то-рии Тиа-у-а-нако, судя по фото 2009 г., непо-хожи на архео-ло-ги-че-ские рас-копки. Видимо, основ-ной зада-чей руко-вод-ства архео-ло-ги-че-ского ком-плекса явля-ется отстро-ить Тиа-у-а-нако заново. К насто-я-щему вре-мени вос-ста-нов-лены Храм камен-ных голов и Кала-са-сайя. Однако рекон-струк-цию этих объ-ек-тов нельзя назвать науч-ной. Она ско-рее сде-лана для при-вле-че-ния тури-стов.

Так, на снимке внеш-ней стены храма Кала-са-сайя можно видеть каче-ство рестав-ра-ци-он-ных работ. Стена на этом участке состоит, как гово-рится, из того, что под руку попало.

Фото twiga_269

Здесь есть и камни, ровес-ники храма, но, дума-ется, состав-ляв-шие стены дру-гого соору-же-ния, и совре-мен-ные кир-пичи, и еще какой-то мусор, и все это пона-пи-хано абы как.

В 2000 г. «древ-ний город Тиа-у-а-нако» как «духов-ный и поли-ти-че-ский центр доис-пан-ской индей-ской куль-туры» был при-знан ЮНЕСКО памят-ни-ком все-мир-ного насле-дия. Но состо-я-ние ком-плекса вызы-вает у Цен-тра все-мир-ного насле-дия ЮНЕСКО боль-шие опасения.

В марте 2010 г. Центр все-мир-ного насле-дия выра-зил глу-бо-кую обес-по-ко-ен-ность мини-стру куль-туры Боли-вии в связи с ненад-ле-жа-щим осу-ществ-ле-нием трех-лет-него «Про-екта по сохра-не-нию и кон-сер-ва-ции Тиа-у-а-нако и пира-миды Ака-пана», финан-си-ру-е-мого япон-скими вне-бюд-жет-ными фон-дами. Центр недо-во-лен систе-мой управ-ле-ния ком-плек-сом и, в част-но-сти, музе-ями, отсут-ствием работ по укреп-ле-нию пира-миды Ака-пана, кон-сер-ва-ции стел и Врат Солнца, ухуд-ше-нием сохран-но-сти архео-ло-ги-че-ских кол-лек-ций музеев, отсут-ствием запла-ни-ро-ван-ных архео-ло-ги-че-ских рас-ко-пок и дей-стви-ями муни-ци-па-ли-тета, пред-при-ня-тыми без одоб-ре-ния мини-стер-ства куль-туры, что необ-хо-димо, учи-ты-вая ста-тус Тиа-у-а-нако как объ-екта все-мир-ного насле-дия.

Охрана, изу-че-ние и вос-ста-нов-ле-ние архео-ло-ги-че-ского ком-плекса Тиа-у-а-нако, несо-мненно, остав-ляют желать луч-шего. И не для кого не явля-ется сек-ре-том, что стро-и-тель-ство в Тиа-у-а-нако ведется в основ-ном для того, чтобы полу-чать доход от туризма. А тури-стам неин-те-ресно смот-реть на раз-ва-лины, поэтому глав-ный объ-ект ком-плекса - пира-мида Ака-пана дол-жен быть отстроен как можно ско-рее. По сло-вам оправ-ды-вав-ше-гося за непри-ем-ле-мое каче-ство работ в Ака-пане тогдаш-него мини-стра куль-туры Боли-вии Пабло Гру (Pablo Groux), 5 лет назад здесь был про-сто холм, а теперь (2009) - уже нечто похо-жее на ори-ги-наль-ную кон-струк-цию].

Жур-на-ли-сты, осве-ща-ю-щие про-блемы Тиа-у-а-нако, назы-вают вос-ста-нов-ле-ние Ака-паны «архео-ло-ги-че-ской паро-дией», «кос-ме-ти-че-ской под-тяж-кой лица» для при-вле-че-ния тури-стов, пишут, что из-за маки-яжа пира-миды Тиа-у-а-нако может поте-рять ста-тус объ-екта куль-тур-ного насле-дия. И дей-стви-тельно, как можно судить по фото, сту-пени пира-миды обкла-ды-ва-ются кир-пи-чом (ско-рее всего, необо-жжен-ным), а затем шту-ка-ту-рятся, тогда как древ-ние стро-и-тели исполь-зо-вали теса-ный камень. Разу-ме-ется, резуль-тат нужно назвать ново-де-лом и вся-че-ски его осу-дить. Но не стоит забы-вать, что камен-ная обли-цовка пира-миды была утра-чена, а добыча, доставка и обра-ботка камня - доро-гое удо-воль-ствие, тем более в горах. К тому же плиты, веся-щие немало, нужно еще и уло-жить. Мы должны пони-мать, что того про-из-ве-де-ния высо-чай-шего стро-и-тель-ного искус-ства, испол-нен-ного с помо-щью богов, нам не полу-чить уже нико-гда. Вряд ли наня-тые для «рас-ко-пок» и стро-и-тель-ства в Тиа-у-а-нако корен-ные жители смо-гут повто-рить или, по край-ней мере, при-бли-зиться к тому, что невоз-можно сде-лать даже с при-ме-не-нием новей-ших тех-ни-че-ских разработок.

Пирамида Акапана Фото guardian.co.uk

На мало-бюд-жет-ный спо-соб «рестав-ра-ции» пира-миды Ака-пана, несо-мненно, можно было бы, посе-то-вав немного, закрыть глаза. Но хуже всего то, что, по сви-де-тель-ству сеньора Хосе-Луиса Паса (José Luis Paz), кото-рый был назна-чен про-ин-спек-ти-ро-вать состо-я-ние дел с Ака-па-ной, ее стро-и-тель-ство ведется в сво-бод-ной худо-же-ствен-ной манере (free-hand with the design), так как «иссле-до-ва-ний, пока-зы-ва-ю-щих, что стены дей-стви-тельно выгля-дели подоб-ным обра-зом, нет».

Но все же сле-дует ска-зать, исполь-зуя слова Э. Ску-ай-ера, что Тиа-у-а-нако, даже явля-ясь под-нов-лен-ными «раз-граб-лен-ными руи-нами», все равно имеет «доста-точно сви-де-тельств былого вели-чия». Кстати, именно Э. Ску-айер назвал Тиа-у-а-нако Бааль-бе-ком Нового Света, а Кала-са-сайю - аме-ри-кан-ским Сто-ун-хен-джем. Он писал:

Руины Тиа-у-а-нако рас-смат-ри-ва-ются всеми иссле-до-ва-те-лями аме-ри-кан-ских древ-но-стей как во мно-гих отно-ше-ниях наи-бо-лее инте-рес-ные и важ-ные, и в то же время наи-бо-лее зага-доч-ные среди любых на кон-ти-ненте. Они оди-на-ково воз-буж-дали вос-хи-ще-ние и удив-ле-ние ран-них и недав-них путе-ше-ствен-ни-ков, боль-шин-ство из кото-рых, побе-дило свои попытки про-ник-нуть в тайну их про-ис-хож-де-ния, доволь-ству-ясь при-сво-е-нием им ста-туса самых древ-них из памят-ни-ков Аме-рики, а также рас-смат-ри-вая их как оди-ноч-ные остатки циви-ли-за-ции, кото-рая исчезла раньше, чем инк-ская нача-лась, и была совре-мен-ни-цей циви-ли-за-ций Египта и Востока. Уни-каль-ные, даже совер-шен-ные по типу и гар-мо-нич-ные по стилю, они пред-стают рабо-той людей, кото-рые были истин-ными масте-рами архи-тек-туры, кото-рая не имела дет-ства, не про-хо-дила через период роста, и кото-рой мы не нахо-дим дру-гих при-ме-ров. Тра-ди-ция, кото-рая бор-мо-чет более или менее внятно о про-ис-хож-де-нии мно-гих дру-гих аме-ри-кан-ских памят-ни-ков, нема в их отно-ше-нии. Инте-ресно: индейцы ска-зали пер-вым испан-цам, что «они суще-ство-вали прежде, чем солнце заси-яло в небе», что они были воз-ве-дены гиган-тами, или что они были остат-ками нече-сти-вых людей, кото-рых рас-сер-жен-ное боже-ство обра-тило в камень, потому что они отка-зали в госте-при-им-стве его намест-нику и послан-нику».

Фото tiwy.com

На изображении справа Врата и лест-ница храма Кала-са-сайя. В про-еме врат - моно-лит Понсе. На перед-нем плане - стена с голо-вами Храма камен-ных голов и Боро-да-тый монолит.

В Храме каменных голов нахо-дятся самые древ-ние моно-литы Тиа-у-а-нако и наи-бо-лее извест-ный из них Боро-да-тый моно-лит.

На тер-ри-то-рии ком-плекса Тиа-у-а-нако есть и дру-гие полу-под-зем-ные храмы, среди них Кан-та-та-льита и Путуни, а кроме Врат Солнца суще-ствуют ещё и Врата Луны.

Фото kccamera

При-мерно в 1 км от Тиа-у-а-нако нахо-дится цере-мо-ни-аль-ный ком-плекс Пума-Пунку.

Три пери-ода стро-и-тель-ства Тиауанако.

Как известно, А. Познан-ски выде-лял три основ-ных пери-ода Тиа-у-а-нако. К пер-вому - пер-во-быт-ному пери-оду он отно-сил «как зда-ние исклю-чи-тельно этого пери-ода» Храм камен-ных голов. Тогда было начато воз-ве-де-ние пира-миды Ака-пана, а также Храма Луны (Пума-Пунку). Стро-и-тель-ство Ака-паны и Пума-Пунку было про-дол-жено во вто-ром и тре-тьем пери-о-дах. Кала-са-сайя была зало-жена во вто-ром пери-оде и достра-и-ва-лась, рекон-стру-и-ро-ва-лась и ремон-ти-ро-ва-лась в тре-тьем пери-оде. Ко вто-рому пери-оду отно-сится и боль-шое крыльцо Кала-са-сайи. В тре-тьем пери-оде был соору-жен ее внут-рен-ний храм - sanctissimum и Врата Солнца.

Из стро-и-тель-ных мате-ри-а-лов в пер-вом пери-оде был исполь-зо-ван исклю-чи-тельно пес-ча-ник, кото-рый посту-пал из гор-ных рай-о-нов к югу от руин. Для неко-то-рых работ (скульп-тур голов, уста-нов-лен-ных в сте-нах храма) при-ме-нялся мяг-кий извест-ко-вый туф.

Во вто-ром пери-оде были исполь-зо-ваны, хотя и в неболь-шом мас-штабе, крайне твер-дые породы, такие, как анде-зиты. Кроме того, во вто-ром пери-оде тиа-у-а-на-канцы исполь-зо-вали моно-литы из пес-ча-ника, при-над-ле-жав-шие хра-мам преды-ду-щего пери-ода, пере-де-лы-вая их «в соот-вет-ствии со своим соб-ствен-ным мери-лом, со своим новым сти-лем и сим-во-ли-че-ским деко-ром». Так же посту-пали и в тре-тьем пери-оде. Крас-но-ре-чи-вым при-ме-ром, иллю-стри-ру-ю-щим улуч-ше-ние преды-ду-щих работ, явля-ется стела Бен-нетта. Во вто-ром, но более веро-ятно в тре-тьем пери-оде из моно-лита, имев-шего про-стую форму столба, фак-ти-че-ски была выре-зана новая скульптура.

В тре-тьем пери-оде все было сде-лано исклю-чи-тельно из твер-дой анде-зи-то-вой лавы, как, напри-мер, бал-кон-ная стена, sanctissimum и рекон-струк-ции вто-рого пери-ода. При этом анде-зи-то-вые блоки добы-ва-лись в очень отда-лен-ных от цере-мо-ни-аль-ного цен-тра районах.

«Сол-неч-ная Дверь явля-ется самым слав-ным памят-ни-ком этого пери-ода, - пишет А. Познан-ски. - Была сде-лана попытка завер-шить зда-ния пер-вого и вто-рого пери-о-дов… в част-но-сти, Храм Луны (Пума-Пунку) и Пукару Ака-пану, но они не были завер-шены. За исклю-че-нием храма пер-вого период, абсо-лютно ничего не закон-чено в Тиуа-наку, даже вели-чай-шее про-из-ве-де-ние этого пери-ода - Сол-неч-ная Дверь… Тиуа-наку тре-тьего пери-ода - работа людей, стра-да-ю-щих манией вели-чия, как Вави-лон-ская башня, и, если бы она была завер-шена, это, воз-можно, пре-взо-шло бы все, что чело-век построил на земле» .

По дан-ным А. Познан-ски, бронза появ-ля-ется в тре-тьем пери-оде. «Наи-бо-лее часто отме-ча-ется ремонт в сте-нах преды-ду-щих пери-о-дов, во время кото-рого они соеди-няли блоки с помо-щью брон-зо-вых бол-тов (bolts); они исполь-зо-вали их раз-лич-ные формы соб-ствен-ных кон-струк-ций, даже в виде кольца, - пишет он.

Схе-ма-ти-че-ское изоб-ра-же-ние несколь-ких из мно-же-ства форм бол-тов, остатки кото-рых были най-дены в форме углуб-ле-ний в бло-ках, скреп-лен-ных в древ-ние вре-мена этими зажи-мами (clamps) и соеди-не-ни-ями (couplings), кото-рые были при-ме-нены между ними» .

На изображении слева показан брон-зо-вый болт (зажим) в поло-вин-ном раз-мере. С помо-щью этих при-спо-соб-ле-ний, кото-рые также встре-ча-ются боль-ших раз-ме-ров, тиуанакцы соеди-няли рез-ные блоки, в поверх-но-сти кото-рых ранее были сде-ланы углуб-ле-ния по форме и раз-меру болта.

Суще-ствует мне-ние, что соеди-ни-тель-ные детали для ремонта бло-ков, напро-тив, не изго-тав-ли-ва-лись зара-нее, а рас-плав-лен-ная бронза зали-ва-лась в сде-лан-ные углуб-ле-ния и, засты-вая, скреп-ляла блоки и при-ни-мала очер-та-ния выемки. Однако выпук-лая форма соеди-ни-тель-ного эле-мента на фото внизу застав-ляет усо-мниться в этом пред-по-ло-же-нии. Впро-чем, могли при-ме-няться оба спо-соба, но вряд ли в один и тот же исто-ри-че-ский период.

«Но не только мате-ри-а-лом тре-тий период отли-ча-ется от преды-ду-щего; основ-ное отли-чие - пре-вос-ход-ная работа по камню, вещь непре-взой-ден-ная в мире до сих пор, - под-чер-ки-вает А. Познан-ски. - Это про-яв-ля-ется, кроме того, в сим-во-ли-че-ском стиле гра-ви-ро-вок, кото-рые явля-ются чрез-вы-чайно пере-до-выми и, осо-бенно, в аст-ро-но-ми-че-ской ори-ен-та-ции их кон-струк-ций, кото-рая пока-зы-вает изме-не-ние 25’30″ между одним пери-о-дом и дру-гим».

А. Познан-ски оце-ни-вает тре-тий период Тиа-у-а-нако как «период, харак-те-ри-зу-ю-щийся мак-си-маль-ным прогрессом».

Особо выде-ляет А. Познан-ски аст-ро-но-ми-че-ские зна-ния тиа-у-а-на-кан-цев. Он пишет:

«В числе наук, кото-рые они знали… они осво-или аст-ро-но-ми-че-ские аспекты мери-ди-ана, с помо-щью кото-рого можно было точно опре-де-лить «ампли-туду» солнца в тре-тьем пери-оде и с этим, в свою оче-редь, наклон эклип-тики - зна-че-ние, кото-рое предо-став-ляет нам основу для опре-де-ле-ния при-бли-зи-тель-ного воз-раста Тиуанаку.

С помо-щью этого зна-ния были уста-нов-лены рав-но-ден-ствия и солн-це-сто-я-ния, были известны афе-лий и пери-ге-лий, был исполь-зо-ван сол-неч-ный год, раз-де-лен-ный на две-на-дцать меся-цев. Даже зодиак стал изве-стен… но в форме, до неко-то-рой сте-пени отли-ча-ю-щейся от извест-ного образца древ-них семит-ских муд-ре-цов Хал-деи, чьи зна-ния пере-шли в аст-ро-но-мию сего-дняш-него дня»

Версию сайта.

Поныне остается загадкой, как древнему народу удалось построить массивные каменные сооружения на высокогорном плато, ведь вес некоторых блоков достигает 200 тн. Окутан тайной и закат величайшей культуры. В любом случае, возникновение, расцвет и падение загадочной цивилизации навсегда останутся важнейшими этапами в истории человечества.

В 2000 г. уникальный археологический комплекс Тиуанако был включен в реестр Всемирного наследия ЮНЕСКО, как «свидетельство мощи культуры, сыгравшей главную роль в развитии… доколумбовой Америки».

История Тиуанако

Одной из основных сложностей в исследовании истории Тиуанако стало отсутствие письменных источников. Все важнейшие события отражены в легендах и песнях индейцев, передаваемых из поколения в поколение. Немногими письменными свидетельствами доколумбовой истории Нового Света являются летописи испанских священников, целью которых было изучение обычаев коренных индейцев для обращения их в христианство. Однако, информация, записанная священниками, зачастую была либо неверно ими понята, либо умышленно искажена аборигенами из-за нежелания сотрудничать с конкистой.

С одной стороны, испанцы собирали важную информацию, с другой — они сделали все возможное, чтобы истребить духовную и материальную культуру аборигенов. После грабежей и разрушительных деяний конкистадоров сохранилось лишь то, что было скрыто под землей.

Комплекс, к счастью, был надежно укрыт толстым слоем почвы, над поверхностью возвышались только огромные каменные Врата.

Когда-то загадочный город назывался Тайпикала (Taypikala; лосл. «Каменная сердцевина Мира»); по другим данным, в эпоху собственного расцвета он именовался Виньаймарка (Вечный город); сегодня его имя — (Мертвый город).

Вообще, название «Тиуанако» объединяет в себе целый исторический пласт – цивилизацию Тиуанако, пик величия которой пришелся на конец I тысячелетия н.э., когда огромная территория континента оказалась под ее влиянием. Сама же цивилизация зародилась в период 2000 – 1500 гг. ДО н. э. Основателями Империи принято считать индейцев Южной Америки, которые расселились на этих землях, прибыв с Северной и Центральной Америки. Поднявшись высоко в горы, некоторые племена объединились и образовали государство, столицей которого стал Тиуанако.

Впоследствии к Тиауанако присоединилась большая часть континента, причем, не было никакой агрессии и военных действий со стороны народа, объединяющего вокруг себя другие племена. Город стал культурным, экономическим и религиозным центром огромного государства.

Во время подъема города на его территории в 2,6 км² проживало около 20 тыс. жителей. Хотя мнения историков на этот счет расходятся. Так, первые исследователи предполагали, что в период между 300 г. ДО н. э. и 300 г. н. э. он не был крупным городом, а только играл роль религиозного центра паломничества, с небольшим контингентом постоянных жителей.

Ученые сходятся во мнении, что город пережил 2 катастрофы: одну — природную, вызванную потоком воды, а следом — трагедию неизвестного происхождения. То, что именно наводнение явилось причиной гибели города,свидетельствуют остатки озерной флоры и кости рыб, обнаруженные в наносах вместе с фрагментами скелетов людей, погибших в стихийном бедствии. Причем, кости людей и животных перемешаны в хаотическом беспорядке с каменными плитами, орудиями труда, церемониальной утварью и множеством других предметов. Создается впечатление, что все это сваливалось в кучу неведомой разрушительной силой.

Американский историк, археолог и антрополог Алан Колата (англ. Alan Kolata) предполагает, что причиной падения могучей цивилизации стало не наводнение, а напротив, продолжительная засуха — в андских ледниках и донных осадках озера Титикака сохранились свидетельства длительного засушливого периода (с X в. до 1300 г.), приведшего к неурожаям и, как следствие, к голоду. Спасаясь, люди покинули Тиуанако.

Культура и земледелие

В основе культуры Тиуанако лежал культ Солнца, поэтому золото, солнечный металл, являлось для народа самым почитаемым материалом: им украшались храмы, одеяния власть имущих и жрецов. Также было хорошо развито производство керамических изделий.

Особого внимания заслуживает интенсивное земледелие цивилизации, где почти 200 га земли были отведены под сельскохозяйственные угодья. Для возделывания таких территорий необходимо было обладать обширными научными познаниями.

И сегодня местность в округе озера Титикака мало пригодна для ведения земледелия классическими методами, что иллюстрирует нынешнее плачевное состояние сельскохозяйственных угодий в этом районе. Исследования же показали, что земледелие в древнем государстве находилось на необычайно высоком уровне.

На обнажившихся от отступившей воды озера землях видны характерные чередующиеся полосы. Только в 60-х годах XX в. удалось понять назначение полос и мелких каналов. Эти Вару-Вару (Varu-varu), как их называют индейцы, оказались частью сложной системы древнего экоземледелия, согласно легендам, оставленного народу Тиауанако Богами. Древний агротехнический комплекс, который превосходил современные системы землепользования, сейчас называется «поднятыми полями». Вокруг озера индейцы возводили искусственные насыпи, орошаемые с помощью системы каналов.

В 1993 г. расположенные по соседству фермерские хозяйства провели эксперимент, полностью воссоздав часть древних поднятых полей и засадив их картофелем. Результат превзошел всяческие ожидания: на экспериментальных участках фермеры получили картофель отличного качества, а количество в 10 раз превысило урожай, получаемый при обычной посадке. На такой высоте заморозки сильно вредят урожаю, а на поднятых полях их воздействие сводится к минимуму благодаря каналам, вода которых аккумулирует дневное тепло. Урожай на таких полях не страдает ни от засухи, ни от наводнений.

Разрушение и восстановление «Мертвого Города»

Священный город был портом, видимо, он строился в ту пору, когда Титикака было намного шире и почти на 30 м. глубже, о чем говорят сохранившиеся портовые сооружения, расположенные у прежней береговой черты озера. Городская гавань с пирсами и дамбами была возведена из громадных каменных блоков весом 100 — 440 тн. Сегодня портовые сооружения находятся в 20 км. от берега озера. Большинство специалистов предполагают, что причиной резкого уменьшения объема воды в водоеме явился электроразрядный взрыв некоего космического тела в атмосфере Земли. Предания и мифология южноамериканских аборигенов позволяют определить не только траекторию падения крупного фрагмента кометы, но даже места разрядных взрывов.

Предположительно, огромная взрывная волна расплескала воды озера, значительно понизив его уровень, и разбросала, словно спички, массивные каменные блоки, из которых были выстроены городские здания. Мощная сила взрывной волны гнала гигантский водяной вал высотой более 30 м. по всей поверхности озера Титикака (более 600 км), который сносил все стоящие на его пути преграды. Смертоносная лавина воды перекатилась через остров, на котором находился порт, смывая дома вместе с людьми. Вероятно, картина всесокрушающего потока и породило космогонический миф о боге Виракочи. За одни жуткие сутки объем озера уменьшился почти в 4 раза, а город погиб в результате ужасной катастрофы.

Свое имя опустевший город получил от Инков, потому что к тому времени он уже многие сотни лет лежал в руинах. Историки заявляют, что до прихода Инков на Титикаку, всей территорией нынешнего Перу владел «народ Тиуанако», однако, никто не ведает, кто были эти люди, откуда они пришли и куда исчезли.

По свидетельствам испанских летописцев, здесь первые Инки строили свою резиденцию. Неподалеку от древних сооружений города находились постоялые дворы Инков. Вблизи стоял и дом, где родился Манко Инка.

На священном острове Титикака — по легенде именно туда бог Инти опустил на землю первых Инков, Манко Капака (кеч. Manco Capac; основатель государства Инков) и Маму Окльо (кеч. Mama Occlo; сестра и жена Манко Капака) — Инки возвели Храм Солнца , полностью обшитый золотыми пластинами. Существует предание, что когда на эти земли вторглись алчные испанцы, индейцы утопили все сокровища в озере.

Храм Солнца

После разрушения и разграбления Тиуанако в XVII в., интерес к городищу заметно ослаб. Изменение отношения к древним руинам наблюдалось во время войны за независимость от испанской короны (1810 – 1826), когда борцы за независимость возвели доколумбовое прошлое в статус икон национального самосознания. Это подтверждается тем фактом, что в 1825 г. (освободитель и президент Боливии) приказал выкопать и установить на прежнем месте в Тиауанако Врата Солнца и объявить их символом рождения новой нации. Однако, эти патриотические настроения оказались недолгими.

К началу XX в. город продолжали связывать с диким прошлым, его не только не пытались сохранить, но по-прежнему варварски уничтожали. Происходило «систематическое разрушение руин древнего города. Истребление городища осуществлялось как индейским населением современной деревни Тиуанако, которое использовало руины в качестве каменного карьера для своих бытовых и коммерческих нужд, так и строителями железной дороги Гуаки – Ла-Пас (исп. Guaqui — La Paz).

В современном поселке Тиауанако с первого взгляда поражает огромное количество мастерски отесанного камня в грубых постройках, оградах дворов и мостовых. Церковь тоже построена в основном из древних блоков. Повсюду видны фрагменты древностей из соседних развалин, откуда были вывезены тесаные камни не только для окрестных деревень и храмов долины, но и для строительства Собора боливийской столицы Ла-Пас. Памятники прошлого «снабжали» материалами многие общественные здания, мостов, автодороги сегодняшнего времени. Испанцы взрывали даже уникальные гигантские скульптуры, чтобы их куски использовать для строительных целей.

Вновь отношение к Тиауанако изменилось после революции 1952 г., когда к власти пришли националистические лидеры, выдвинувшие лозунг, что Тиуанако, как славное прошлое, должно объединять всех боливийцев. В 1953 г. правительством страны были предприняты важные шаги по институционализации археологии. Так, в 1957 г. был создан Боливийский государственный Центр археологических исследований, направленный на изучение и сохранение общего андского прошлого, а также восстановление уникальных исторических памятников.

Восстановление комплекса называют «археологической пародией», затеянной для привлечения туристов. Специалисты предупреждают, что из-за неумелого «макияжа» пирамид, Тиуанако может лишиться статуса объекта культурного наследия. Древние культовые сооружения обкладываются сырцовым кирпичом, затем штукатурятся, в то время, как древние строители использовали тесанные каменные блоки. Нужно признать, что первоначального произведения высочайшего строительного искусства человечество не получит уже никогда. Так или иначе, даже разграбленные руины потрясают былым величием.

Подземный город

В основе экономики Тиуанако на всем протяжении существования цивилизации лежало земледелие.

Но в 1150 г. н. э., по данным ученых, произошли кардинальные климатические изменения. Европа заливалась дождями, а на андские высокогорья современной Боливии не пролилось ни капли осадков. Для Тиуанако начался период упадка, люди покинули город и нашли убежище в небольших горных деревушках.

В 2005 г. на озере Титикака был обнаружен подземный город в горе Тимоко - последнее убежище народа Тиуанако. Этот подземный город укрывал до 8 тыс. человек, которые жили в разветвленных лабиринтах почти 200 лет — до 1400 г. Но в 2009 г. большая часть построек народа Тиуанако было уничтожено землетрясением.

Интереснейшую информацию донесли до нас инкские легенды, рассказывающие, что первые правители Инков, основавшие , пришли со священного Тиуанако и были объявлены Богами. Примечательно, что боги основали столицу Инков около 1200 г. (через 20 лет после исчезновения Тиуанако) и за несколько лет создали могущественную Империю, ставшую величайшим сообществом народов Южной Америки всех времен.

Сегодня некоторые исследователи, не находя объяснений многим феноменам, связывают возникновение Империи Инков с неземными цивилизациями. Сам город Тиуанако является самым загадочным звеном в цепи необъяснимых событий и явлений в истории Земли, одним из самых таинственных мест в мире.

Хочется верить, что скоро человечество отыщет ответы хотя бы на часть вопросов, связанных с удивительной цивилизацией, стоявшей у истоков зарождения народов, населяющих сегодня Южную Америку.

Достопримечательности архитектурного комплекса

В знаменитый археологический комплекс входят следующие архитектурные объекты: пирамида Акапана; храм Каласасайя, на территории которого располагаются знаменитые «Врата Солнца», монолиты Понсе (исп. Monolito de Ponce) и Монах (исп. Monolito de Monje); полуподземный Храм Каменных голов (исп. Templete Semisubterraneo); храмы «Кантатальита», «Путуни» и «Врата Луны» (исп. Puerta de la Luna).

Пирамида Акапана

Одной из главных исторических достопримечательностей Боливии и доминирующим сооружением комплекса Тиуанако является священная пирамида «Акапана» (исп. Piramide de Akapana), что на языке аймара означает «Место, где гибнут люди». Для цивилизации Тиуанако эта «Священная гора» — Храм богини Пачамамы (на языке Pacha Mama; Мать-Земля) — была центром города и Мира.

Первая постройка древнего города представляет собой 17-метровую многоуровневую пирамиду (7 ступеней) с длиной основания около 200 м. Грани «Священной горы», облицованные плитами из андезита, ориентированы по сторонам света. На вершине пирамиды был устроен крестообразной формы бассейн, а внутри сооружения скрыта сложная система зигзагообразных каменных каналов, которые с ювелирной точностью состыкованы и выравнены по углам. Вода из бассейна поступала в каналы. Назначение этих трубопроводов, выполненных с величайшей тщательностью, пока не выяснено. Вследствие значительных разрушений непонятно и назначение пирамиды.

За времена, прошедшие после конкисты, около 90% облицовочных плит сооружения было выломано для строительных нужд.

В целях привлечения туристов власти страны взялись за восстановление Акапаны, используя сырцовый кирпич, который может привести к разрушению памятника. Кроме того, после изменения первоначального облика пирамиды в ходе бездарной реставрации, она, вероятно, будет исключена из списка охраняемых объектов ЮНЕСКО.

Храм Каласасайя

К северу от пирамиды Акапана расположено главное сооружение Тиуанако — Храм Каласасайя (исп. Templo de Kalasasaya; с айм. «Стоящие камни»). Открытый Храм прямоугольной формы, стены которого из гигантских блоков красного песчаника и андезита (многие весом более 40 тн) были выстроены с некоторым наклоном к центру здания, что свидетельствует о необычайно высоком профессионализме тиуанакских инженеров. Предположительно, сооружение использовалось для астрономических наблюдений и исполняло роль точного каменного календаря. Излишки воды с вершины сооружения отводились посредством системы водостоков. Храм был снабжен уникальными средствами коммуникации — вырезанными в камне отверстиями в виде человеческого уха. Расположив правильно ухо в таком отверстии, можно услышать, что говорят на значительном расстоянии.

Храм Каласасайя

В 1960 г. Храм был восстановлен, но реконструкция была выполнена не очень профессионально.

Врата Солнца

Внутри Храма Каласасайя, в его дальнем северо-западном углу, находится самый внушительный каменный монумент культуры Тиуанако – Врата Солнца (исп. Puerta del Sol), высеченные из монолитного блока серо-зеленого андезита. Колоссальные Врата (весом около 44 тн, высотой — 3 м., шириной – 4 м., толщиной – 0,5 м.) были расколоты на 2 части. Так как ось пирамиды Каласасайя ориентирована с востока на запад, некоторые ученые выдвигают гипотезу, что Врата Солнца могли быть первоначально установлены в центре Храма.

Вся поверхность каменных ворот покрыта замысловатой резьбой — искусно вырезанными знаками и символами. Наверху изображено человеческое воплощение солнца со скипетрами в руках - символами власти; внизу выгравированы 12 месяцев года, точно соответствующие современному календарю. С противоположной стороны Ворот высечены глубокие ниши, предположительно, для жертвоприношений.

Врата Солнца — один из самых загадочных объектов археологического комплекса. Археологи полагают, что Врата связаны с богом Солнца, и, быть может, использовались для летосчисления.

Врата Луны

У западной части пирамиды Каласасайя стоят еще одни ворота, но меньшего размера, Врата Луны (исп. Puerta de la Luna). Они представляют собой монолитную каменную арку из андезита высотой 2,25 м, фриз которой тоже украшен резным орнаментом.

Предположительно, Врата Луны являлись частью другого сооружения и находились в другом месте.

Храм каменных голов

К востоку от главного входа в Каласасайю находится полуподземный Храм каменных голов (исп. Semisubterraneo Templete). Святилище стало первым объектом городища, где Боливийский государственный археологический Центр начал проводить систематические раскопки, и первым было восстановлено. Это почти квадратное в основании сооружение (28,5×26 м), углубленное в землю более, чем на 2 м. Дренажная каменная система Храма действует по сей день. По всему периметру святилища через равные промежутки установлены 57 массивных каменных столбов из красного песчаника, между которыми уложены гладко обтесанные плиты.

Стены Храма украшают 175 каменных голов, вытесанных из известняка и вмурованных в стены. На основании того, что все головы совершенно разные, некоторые исследователи придерживаются мнения, что это изображения представителей различных этносов, входивших в государство Тиуанако. Степень сохранности скульптур неодинакова, уровень и манера исполнения голов тоже разные — похоже, что они были созданы разными мастерами и в разное время. В центре святилища стоит монолит, называемый «Monolito Barbado» (Бородатый Монолит).

Храм каменных голов / Бородатый Монолит

Некоторые ученые полагают, что Храм олицетворял подземный мир, в то время как Каласасайя символизировал Землю.

Храм Кантатальита

К востоку от Каласасайи покоятся развалины полуподземного храма Кантатальита (Kantatallita) или «Luz del amanecer» (Утренний свет). Святилище практически полностью разрушено, от него остались лишь разбросанные огромные гранитные блоки (весом от 1 до нескольких десятков тонн). Храм был прямоугольным сооружением с массивной аркой. Резной фриз арки, видимо, был украшен золотыми пластинами, так как по его краю тянется цепочка отверстий для крепления пластин. Фриз сильно поврежден, золото снято, скорее всего, конкистадорами.

Пума Пунку

В древнем городе возвышаются еще один загадочный храмовый комплекс — «Пума Пунку » (айм. Puma Punku; «Врата Пумы»). Эти гигантские Ворота возводились из монолитных андезитовых и гранитных блоков (до 3 м. в высоту, весом до 150 тн), без использования скрепляющего раствора. Каждый камень идеально отшлифован, блоки плотно подогнаны друг к другу без малейшего зазора. Верхняя часть ворот украшена резным рельефом, в центре которого — большая человеческая фигура с ореолом солнечных лучей вокруг головы, которые стекаются в изображение пумы.

Пума Пунку

По мнению современных ученых, эта фигура символизирует верховного Бога Тиуанако. По обеим сторонам от главного божества вырезаны 48 почти одинаковых изображений «человека-кондора».

Какие же ритуалы проводились возле этих двух гигантских сооружений? Многие известные современные экстрасенсы, медиумы и парапсихологи уверены, что эти ворота – двери в иные миры и эпохи, созданные древними мастерами-магами.

«Виселица Инков»

За много столетий до того, как в Европе задумались о форме нашей планеты, андская цивилизация Тиуанако уже владела точными науками, такими как астрономия, физика и математика. Сегодня вдоль горной цепи Анд в разных местах найдены остатки городов древнего народа. Одно из таких мест находится на берегу озера Титикака, это «Виселица Инков», одна из древнейших астрономических обсерваторий мира. Первооткрыватели сооружения, построенного 4 тыс. лет назад, в 1978 г. назвали обсерваторию виселицей, ошибочно предположив, что это бывшее место казни. Собственно говоря, и к Инкам она никакого отношения не имеет.

Благодаря особой системе отверстий в камнях, древние люди определяли дни зимнего и летнего равноденствия, получали знания о с/х циклах. По сей день местные жители пользуются сигналами древней обсерватории Тиуанако при составлении графиков земледельческих работ. Боливийцы говорят: «Предки передали нам свои знания, благодаря чему мы умеем получать хорошие урожаи».

Любопытные факты

  • Вопрос о точной дате основания Т. остается открытым по сей день. Ученые свидетельствуют, что найденная в руинах керамика украшена изображениями давно исчезнувших животных. Установлено, что во время катастрофы 9612 г. до н.э., когда погибла Атлантида, вымерли десятки видов животных, в том числе мамонты, шерстистые саблезубые тигры, носороги, токсодоны и проч. Именно они изображены на керамике Т., значит, художники древней империи жили во времена, предшествующие этой катастрофе.
  • Цивилизация, исчезнувшая более 1000 лет назад, существовала на протяжении 27 столетий (в 3 раза дольше, чем Римская Империя). Но человечеству известна лишь крупица ее истории — великая Империя Инков, которая существовала чуть более 80 лет.
  • Культура Т. за века своей истории достигла высочайшего уровня развития. Удивительно то, что государство, владевшее большей частью южноамериканского континента, НИ РАЗУ не прибегло к войне! В ходе раскопок в районе древней империи не было обнаружено ни единого свидетельства применения оружия.
  • До сих пор нигде в мире не было найдено камней, обработанных с такой ювелирной точностью, как в Тиуанако. Гигантские каменные блоки сложены таким образом, что между ними невозможно просунуть даже лезвие.
  • Археологи отмечают, что многие строения Тиуанако выглядят незавершенными, словно принадлежат культуре, внезапно исчезнувшей в результате некоего катастрофического события.
  • Согласно мифам , на берегах озере Титикака жили Боги-гиганты, построившие город. Позже возникли гипотезы, утверждающие, что город когда-то был создан инопланетянами в качестве базы, гостиницы или места для контакта с избранными землянами.
  • Многие ученые уверены, что Т. был не городом для проживания, а только ритуальным центром, местом, куда стекались тысячи паломников для поклонения своим богам.
  • Именно этим объясняется странная особенность древнего городища – в нем отсутствуют жилые здания. Зато поражает своим необычайным размахом Храмовый комплекс, состоящий из 4-х главных зданий, разместившихся на площадке, равной площади современного стадиона (500 х 1000 м).
  • Много золотых изделий Тиаунако было похищено испанскими конкистадорами, их продавали на черном рынке, плавили, сбывали коллекционерам. Те предметы, которые удалось найти и вернуть, выставлены сегодня в Музее золота (исп. Museo del Oro) в Ла-Пасе.
  • С 1952 г. Боливия взялась за строительство новой модели национальной общности, а Тиуанако стал символом движения коренных индейских народов.
  • В 1992 г., в годовщину 500-летия испанского колониализма в Америке, Единая Конфедерация профсоюзов крестьян Боливии организовала по стране акцию протеста, в рамках которой аймары осуществили символический захват Тиуанако, провозгласив его столицей своего государства.
  • В 2006 г. к власти в стране пришел (исп. Juan Evo Morales; президент Боливии с 2006 г.), аймара по национальности. Две церемонии его инаугурации проходили по обрядам аймара в Т., где президент дал обещание, что работы по раскопкам комплекса будут продолжены. Однако, работы, ведущиеся на территории древнего городища, мало похожи на археологические раскопки, а состояние комплекса вызывает у мировой общественности большие опасения.
  • 21 июня, в день солнцестояния (самый длинный день в году) аймара отмечают в Т. «Machaj Mara» (Новый год). Главным событием праздника, привлекающего тысячи гостей со всех уголков Боливии и других стран, считается встреча восхода Солнца. Участники праздника, одетые в национальную одежду, совершают обряд жертвоприношения, традиционно употребляют сингани (Singani — алкогольный напиток из мускатного винограда).
  • С вторжением испанцев сокровища Т. оказались разграбленными и разбросанными по всему миру. Некоторые экспонаты были уничтожены приверженцами католицизма, которые считали их языческими символами. К счастью, некоторые артефакты попали в музеи. Крупнейшие каменные экспонаты выставлены в столичных музеях Боливии (Museo Litico Monumental и Museo National de Arqueologi), a некоторые размещены в музее на территории археологического комплекса.
  • Камни для строительства церемониального комплекса доставлялись из карьера, находящегося в 80 км от города, где по сей день остались древние инструменты и заготовки блоков. Кажется, что время здесь замерло, а рабочие только недавно отлучились на «перекур».
  • +9 баллов, 3 оценок)

Башилов Владимир Александрович::: Древние цивилизации Перу и Боливии

История исследования Центральных Анд

Археология Перу и Боливии как самостоя­тельная область американистики - науки о прошлом и настоящем населения Нового Све­та - зародилась только в последней четверти XIX в. До этого времени изучение древностей Центральных Анд прошло через два значи­тельных периода в общих рамках развития американистики .

Первый период падает на столетия коло­ниального господства испанцев в Новом Све­те (XVI-XVIII вв.). Литература того време­ни, посвященная Центральным Андам, со­стоит из многочисленных хроник, в которых кастильские монахи и конкистадоры, подоб­ные Педро Сьеса де Леону и Педро Писсаро - брату покорителя Перу, описывали само завоевание, природу, население и порядки во вновь покоренных землях. Много работ посвя­щено также описанию истории, государствен­ного устройства и повседневной жизни инков, с державой которых непосредственно столкну­лись испанцы.

Второй период изучения Центральных Анд приходится на первые три четверти XIX в. Это время, когда Перу и Боливию интенсивно по­сещают ученые-географы, оставившие подроб­ные описания страны и в частности многочи­сленных руин и прочих древностей. Среди этих путешественников были А. фон Гумбольдт, А. д’Орбиньи, Э. Дж. Скуайер, Э. Миддендорф и др. Описания археологических памят­ников в их путевых заметках настолько под­робны, что зачастую не теряют научного зна­чения и до сих пор. Однако памятники или по традиции приписывались инкам - единствен­ному известному по письменным источникам народу, или вообще не получали исторической интерпретации. Путешественники XIX в. соби­рали и коллекции древностей, но, как правило, из случайных находок и без какой-либо науч­ной систематизации.

Третий период археологического изучения Центральных Анд продолжается с последней четверти XIX в. до сих пор. Это время станов­ления и развития перуанистики как научной дисциплины. Первый этап этого процесса свя­зан с именем «отца перуанской археологии» Макса Уле. Раскопки в Перу проводились и раньше, но научное исследование остатков ма­териальной культуры началось только в конце XIX в. В 1880-1887 гг. в Берлине вышло мно­готомное издание находок немецких археоло­гов В. Рейса и А. Штюбеля в древнем могиль­нике близ г. Анкон на Центральном побережье Перу . Это издание привлекло внимание на­учных кругов Европы к раскопкам древностей Центральных Анд. В 1894 г. в Боливию при­был М. Уле - немецкий исследователь, уже известный среди американистов монографиче­ской работой о знаменитых руинах Тиауанако, которую он написал по материалам, скрупу­лезно собранным А. Штюбелем . В течение 1894 и 1895 гг. Уле занимался обследованием археологических памятников в бассейне озера Титикака. Результаты этих работ, к сожале­нию, никогда не были опубликованы.

Одновременно с Уле в Боливии и Перу ра­ботал А. Банделье, оставивший научное опи­сание и чертежи множества древних развалин в различных районах этих стран .

В 1896 г. Уле обследовал и копал один из наиболее ярких памятников Центрального бе­рега Перу - Пачакамак . В начале нашего столетия он исследовал могильники в долинах рек Римак, Анкон, Чанкай и в окрестностях Пуэрто де Супе . На Северном берегу он копал памятники культур Мочика и Чиму , ко­торые впервые были разделены именно по ма­териалам исследований Уле . В эти же годы он провел серию раскопок в долинах рек Чинча, Ика и Наска , но публикация его коллек­ций была осуществлена много позже.

В 1903-1904 гг. французская миссия Креки де Монфора предприняла первые раскопки в Тиауанако . Их вел Ж. Курти, копавший чрез­вычайно несовершенными методами. Основной целью было вскрытие отдельных деталей архи­тектуры. Исследованию культурных напласто­ваний совершенно не уделялось внимания. Во время раскопок не было и точной фиксации. Результаты оказались губительными для па­мятника. Одни сооружения были полностью разрушены, а в других культурный слой был уничтожен на большой площади. Кроме того, многие камни из строительных остатков тот­час же растащили местные жители для своих построек.

После этих раскопок в Боливии долгое вре­мя ведутся только полевые обследования и описания древностей. В них значительную роль сыграл шведский путешественник, этно­граф и археолог Э. Норденшельд. В 1904 - 1905 гг. он исследовал районы, прилегающие к озеру Титикака с северо-востока, на границе Перу и Боливии . Через 10 лет он же пред­принял археологические изыскания в другой части периферии Альтиплано - в долинах Ко­чабамба и Миске , а также провел исследо­вания археологических объектов района Мохос в низменной восточной части Боливии.

Все эти работы, особенно раскопки Уле на побережье, дали большой материал, и перед исследователями встала задача его системати­зации и интерпретации. В начале нашего века довольно широко распространилась гипотеза о существовании в Центральных Андах доинкской «мегалитической империи». Наиболее подробно она была изложена в работах К. Маркхема . Сторонники этой гипотезы объединяли в одну культуру все известные в то время доинкские древности, используя в ка­честве основного критерия сходства наличие монументальных каменных сооружений и из­ваяний. В результате воедино были сведены такие разновременные памятники, как Стела Раймонди из Чавин де Уантар и руины Тиау­анако. Именно Тиауанако рассматривали как центр этой культуры. «Мегалитическая импе­рия», по мнению сторонников этой теории, су­ществовала в очень отдаленные времена, еще до поднятия Анд. Эта гипотеза была законо­мерной попыткой объяснить существование доинкских древностей, но опиралась на чисто умозрительные построения, оторванные от анализа конкретных археологических фак­тов .

Другая теория была сформулирована в это же время Уле. Еще в Берлине, заочно изучая Тиауанако, он обратил внимание на резкое отличие его материала от инкского и отнес Тиауанако к доинкской эпохе. Работая в Пачакамаке, он доказал путем стратиграфиче­ского и стилистического анализа, что между инкским завоеванием и периодом распростра­нения на перуанском побережье «тиауанакоидных» элементов существует значительный временной промежуток. Результаты раскопок в долине р. Моче подтвердили эти выводы. Здесь Уле также обнаружил вещи «тиауанакоидного» стиля, залегающие ниже горизонта с инкскими вещами.

Таким образом были выделены две основ­ные вехи для расчленения археологического материала во времени. Все, что залегало меж­ду «тиауанакоидными» и инкскими древностя­ми, Уле отнес к Позднему периоду. Были вы­делены и материалы, относящиеся к Раннему периоду , предшествующему распростране­нию «тиауанакоидных» элементов.

Всю историю Центральных Анд Уле разбил на несколько этапов: 1) эпоха примитивных рыболовов побережья; 2) высокие культуры, предшествовавшие распространению «тиауанакоидного» стиля; 3) эпоха доминирования культуры Тиауанако; 4) местные культуры, предшествовавшие инкскому завоеванию; 5) инкская эпоха.

Уле обычно не публиковал материалов сво­их раскопок и не приводил развернутых дока­зательств выводов, которые основывались главным образом на анализе стиля вещей (прежде всего расписной керамики), а иногда бывали и чисто интуитивными. Это снижало ценность его работ и настоящее их значение стало ясно гораздо позднее.

Второй этап изучения Центральных Анд (1915-1931) - время кабинетных исследова­ний и попыток интерпретировать накопленный материал. Полевые работы затихают, хотя и не прекращаются совсем.

В 1919 г. крупный перуанский археолог Хулио Сесар Тельо обследовал в долине р. Мараньон один из важнейших археологиче­ских памятников Перу - Чавин де Уантар. Он был описан еще Е. Миддендорфом, пра­вильно определившим его доинкский возраст . X. С. Тельо, используя этот памятник как эта­лон, выделил культуру Чавин, следы которой он обнаружил в материалах, найденных раз­личными исследователями на Северном и Южном побережьях Перу. Подробное описа­ние этой культуры он опубликовал только в 1929 г. , включив в нее и некоторые более поздние памятники.

В 1925 г. Национальный музей в Лиме орга­низовал археологическую экспедицию для ис­следования пустынного полуострова Паракас. Работы, проведенные под руководством Тельо, принесли большой успех. Были открыты два могильника - Паракас Кавернас и Паракас Некрополис, принадлежавшие к не известным до тех пор культурам. Это еще более углубило хронологическую границу древностей Южно­го берега . В 1931 г. другая экспедиция На­ционального музея во главе с Л. Валькарселем вскрыла еще несколько погребений на по­луострове .

Известный североамериканский ученый Аль­фред Луис Крёбер провел в эти же годы мно­гочисленные обследования долин Северного берега, собрал большой материал и описал топографию памятников, но никаких раскопок не производил .

По его инициативе Калифорнийским универ­ситетом было предпринято издание археологи­ческих коллекций Уле, хранившихся в универ­ситетском Музее антропологии.

С 1924 по 1927 г. появляются публикации материалов долин Центрального, Северного и Южного берега . В основном это была кера­мика из могильников. К сожалению, состояние документации и коллекций Уле таковы, что в большинстве случаев совершенно невозможно выделить погребальные комплексы. Поэтому авторы публикаций рассматривали материал суммарно и классифицировали его, опираясь прежде всего на стиль орнаментации и отча­сти на формы сосудов. Кроме того, каждая из этих работ касалась только одной прибрежной долины. При этом культурные комплексы каж­дой из них получали свое собственное наиме­нование, отражающее их место в периодизации данной местности. Сводной работы, которая завершила бы эти публикации, увязав их в од­но целое, сделано не было. Проверка схемы Уле, проведенная авторами, подтвердила ее правильность, хотя в некоторых частностях она подверглась уточнению. Эта работа яви­лась большим вкладом в археологию Цент­ральных Анд. Ведь практически только теперь богатейший материал Уле был по-настоя­щему введен в научный оборот.

Схема Уле - Крёбера легла в основу со­временных хронологических построений. Одна­ко в отличие от Уле Крёбер и его последова­тели не пытались построить какую-либо исто­рическую периодизацию древностей Централь­ных Анд. Это вполне соответствовало теорети­ческим взглядам «исторической» школы аме­риканской этнографии, одним из лидеров ко­торой был Крёбер.

На этом этапе развития перуанистики в центре внимания ученых оказывается пробле­ма происхождения древних цивилизаций Центральных Анд. Существование многовековой, достигшей высоких ступеней развития культуры, открытой археологами, требовало объяснения. Некоторые исследователи пыта­лись найти его, предполагая ряд миграций в Центральные Анды с севера (М. Уле , X. Хихон-и-Кааманьо) или с северо-востока и востока (П. Риве , С. К. Лбтроп , X. Хихон-и-Кааманьо). Эти теории сразу же встретили возражения сторонников другой точки зрения, развивавшей основную идею Г. Дж. Спиндена, который постулировал существование общего для древнеамериканских цивилизаций «архаи­ческого горизонта» , связанного с появлени­ем и распространением земледелия, основан­ного на возделывании кукурузы. К этому же времени он отнес и появление керамики. Этот «архаический горизонт» служил, по мнению Спиндена, основой, из которой развились вы­сокие культуры Нового Света.

Близкая точка зрения ярко выражена Крёбером . Он проанализировал предполагаемое сходство между конкретными элементами культуры Перу и Мексики и заключил, что в Мезоамерике и Центральных Андах черты культуры всей Зоны древних цивилизаций по­лучают только более интенсивное развитие . Основным механизмом исторического процес­са Крёбер считал диффузию культурных эле­ментов.

В эти годы появляются и работы, авторы которых стремятся рассмотреть историю Цент­ральных Анд в целом. Так, Тельо разделил древнейшее прошлое Андской области на три эпохи , в первую из которых (мегалитиче­скую, или архаическую) он включил все най­денные им ранние памятники гор и побережья. Он считал, что их носители пришли сюда из Монтаньи - лесистых восточных склонов Кор­дильер - и дали толчок развитию высоких культур этого района. За архаической эпохой шло время дифференцированного развития прибрежных культур и Тиауанако в горах. В третью эпоху происходило объединение пле­мен в союзы, завершившееся созданием могу­щественной инкской державы.

Другим трудом, в котором обобщены все достижения перуанистики этого времени, бы­ла книга Ф. Э. Минса «Древние цивилизации Анд» . Автор - большой знаток письменных источников - привлек их к интерпретации археологического материала. Эта сторона ра­боты и до сих пор не утеряла своей ценности.

По поводу происхождения древних цивили­заций Центральных Анд Минс полагал, что основатели высоких культур пришли из Мезоамерики и были родственны майя. Однако в отличие от Уле он считал, что это были предки классических майя, стоявшие в момент пере­селения на «архаической» ступени развития. В понимании «архаики» Минс был очень бли­зок к Спиндену.

Периодизация и общая концепция развития культуры Центральных Анд по Минсу в целом очень напоминает схему Уле.

Третий этап развития перуанистики (1931 - 1947) был временем усиленных полевых ра­бот. Они начались раскопками североамери­канского исследователя У. К. Беннета в Тиауа­нако . Его работы резко отличались от всего, что было сделано здесь раньше. Вместо опи­саний видимых на поверхности архитектурных остатков или беспорядочных раскопок он при­менил стратиграфический метод, который тре­бовал тщательного изучения последовательно­сти культурных напластований и интереса к содержанию каждого слоя. Такой метод поз­волил Беннету построить первую научную пе­риодизацию культуры Тиауанако, основанную на тщательном анализе керамического мате­риала. Это было большим шагом вперед в познании прошлого Центральных Анд. Но хо­тя раскопочная методика Беннета и была для того времени достаточно прогрессивной, она оставалась еще очень несовершенной. Над ней, как и над всей североамериканской школой таких стратиграфических раскопок, довлела цель формально выяснить последовательность расположения материала в культурном слое без попытки какого-либо осмысления всего культурного комплекса. Исходя из этой цели и были построены все раскопки Беннета в Боли­вии. Он закладывал небольшие шурфы и траншеи в различных местах памятников, не получая при этом ни в одном из раскопов цельной картины.

Кроме Тиауанако, Беннет исследовал дру­гие памятники этой культуры и ряд могильни­ков в долине Кочабамба .

В 30-е годы на Альтиплано работают и лати­ноамериканские исследователи - аргентинец Э. Касанова и боливиец М. Португаль . В этом же районе вел раскопочные работы шведский ученый С. Риден, который заложил несколько стратиграфических шурфов и на Тиауанако. Он же собрал и свел воедино раз­розненные сведения по чульпам - гробницам эпохи, предшествующей и одновременной гос­подству инков на этой территории .

В 40-х годах археологические работы в бас­сейне озера Титикака продолжаются. А. Киддер II обследует и копает памятники своеоб­разной культуры Пукара на территории Перу, к северу от озера . Эта культура одновремен­на ранним эпохам Тиауанако . Почти в то же время М. Чопик изучает памятники сле­дующей за Тиауанако эпохи и прежде всего чульпы .

В Центральном горном районе Тельо прово­дит обследование большого городища Уари близ г. Аякучо. В бассейне р. Мантаро не­сколько местных исследователей регистриру­ют большое количество памятников, но не ве­дут никаких раскопок. Г. А. Номленд, Дж. Р. Уэллс и К. Гитьеррес Норьега осмат­ривают памятники верхнего течения р. Манта­ро. П. М. Медина и М. Каверо описывают Уари.

В 1941 г. Тельо вновь посещает Уари и со­бирает здесь подъемный материал. В это же время Дж. X. Роу на окраине Куско произво­дит раскопки поселения Чанапата. Это были первые раскопки доинкского памятника в Центральных горах . В течение следующего полевого сезона он же открыл слои с ранне­инкской керамикой подле крепости Саксауаман, построенной инками близ столицы своего государства .

В 1946 г. группа североамериканских архео­логов посетила Уари и составила первое науч­ное описание этого памятника и коллекции подъемного материала, хранящейся в Музее антропологии Калифорнийского университе­та .

В северной части горного Перу Тельо про­должил исследования Чавин де Уантар, а также провел разведку в верховьях рек Мараньон, Уальяга и Укаяли . Культура Чавин привлекает внимание и других исследовате­лей. В 1938 г. в Чавин де Уантар произвел не­большие раскопки У. К. Беннет . В том же году он работал и в долине Кальехон де Уайлас. В 40-х годах Р. Каррьон Кашо исследо­вала Кунтур Уаси - еще один памятник куль­туры Чавин, расположенный в 300 км к севе­ру . В 1941 г. Т. Мак Коун, работая по про­грамме Института Андских исследований, тща­тельно изучил большой комплекс более позд­них руин близ Уамачуко .

Тельо проводил исследования и на Северном побережье. Ему удалось открыть несколько памятников, очень близких к памятникам культуры Чавин, и среди них интереснейший храм Серро Сечин .

С конца 1935 г. Беннет в течение несколь­ких месяцев исследовал путем разведок и ра­скопок памятники важнейших долин Северно­го побережья. Основное внимание было сосре­доточено на раскопках погребений. На осно­вании своих работ он попытался построить общую картину археологии Севера прибреж­ного Перу . Однако данные, которыми распо­лагал Беннет, были еще слишком отрывочны, чтобы их можно было сопоставлять с доста­точной степенью вероятности.

В 40-е годы археология этого района сдела­ла большой шаг вперед. Завершил свои ис­следования в долине Чикама перуанский ар­хеолог Р. Ларко Ойле. Он изучил большое количество памятников этой долины и систе­матизировал полученные результаты в ряде статей и монографий . Основная заслуга это­го ученого - выделение новых культур (Куписнике, Салинар) и создание периодизации древностей долины Чикама.

В 1946 г. Институт Андских исследований США проводит комплексную экспедицию в до­лине Виру. В результате долина была очень тщательно изучена . Несколько позже Дж. Берд сделал открытие, которое стало на­чалом нового этапа перуанской археологии. В устье долины Чикама он раскопал холм Уака Приета, где нашел следы поздней докерамической культуры с начатками земледелия, но без знания кукурузы . Памятники такого типа служили основными объектами археоло­гических раскопок на перуанском побережье в 50-х годах.

На Центральном побережье Перу исследо­вания возобновляются только в самом начале 40-х годов. В 1941-1942 гг. североамерикан­ская экспедиция, работавшая по программе Института Андских исследований, провела не­которые обследования и раскопки в основных долинах этой части побережья. Важнейшими результатами были: изучение наиболее ран­них, чавиноидных, памятников близ Супе и Анкона . раскопки ранних слоев Пачакамака, установившие большую древность этого памятника, и выяснение стратиграфии Серро де Тринидад - раннего памятника долины Чанкай . Используя новые данные и опи­раясь на разрозненные выводы Уле, Крёбера и других исследователей, Г. Р. Уилли создал первую сводную хронологическую схему древ­ностей Центрального берега .

На юге перуанского побережья в это время почти не ведется полевых работ. Исключение составляют раскопки нескольких погребений культуры Наска Г. Уббелоде-Дёрингом в 1932 г.

Размах полевых исследований и большое количество нового материала потребовали от перуанистов пересмотра и уточнения истори­ческих построений.

В 1939 г. на XXVII Международном кон­грессе американистов, вторая сессия которо­го состоялась в Лиме, Тельо выдвинул гипо­тезу, развивавшую его прежние положения . Древнюю историю Центральных Анд он раз­делил на четыре эпохи. Первая из них - I тысячелетие до н. э. - связана с культурами Чавин и Пукара; вторая - I-VIII вв. н. э.- характеризуется древностями Кальехон де Уайлас и Тиауанако; в третью - 800- 1321 гг. н. э.- на побережье существовали культуры Мочика и Наска, а последняя - 1321-1532 гг. н. э.- связана с инками. За­рождение древних цивилизаций Тельо по-прежнему связывал с восточными склонами Анд и даже с низменными районами Мон­таньи. Эта теория не привлекла большого чис­ла сторонников. Она опиралась на предполо­жения, зачастую справедливые, так как ее ав­тор был блестящим знатоком древностей своей страны, но не на строгие научные доказатель­ства.

Многочисленные стратиграфические раскоп­ки 30-40-х годов позволили создать новую схему относительной хронологии. Ее основы были выработаны на специальной конферен­ции, собранной в асьенде Чиклин, недалеко от г. Трухильо, в августе 1946 г. Здесь разбира­лись вопросы археологии Северного берега Перу . На конференции были доложены первые результаты работ в долине р. Виру. Для решения вопросов хронологии этой доли­ны применялся метод датировки пластов по процентному соотношению в них керамики разных типов, разработанный Дж. А. Фор­дом . Полученная хронологическая схема почти полностью совпала с результатами ра­бот Р. Ларко Ойле, изучавшего прежде всего стратиграфию погребений .

На этой конференции была сделана попыт­ка, опираясь на древности Северного берега, построить общую археологическую периодиза­цию всей Андской области. Работу эту завер­шила Нью-Йоркская конференция перуани­стов в июле 1947 г. Именно здесь относи­тельная хронология Центральных Анд была впервые зафиксирована в ее современном ви­де. С тех пор она несколько дополнилась, но существенных изменений не претерпела. Ко­стяк этой хронологии составляли стратиграфи­ческие колонки шести основных районов Перу и Боливии. Для их сопоставления было ис­пользовано распространение на больших тер­риториях одинаковых стилей изобразительно­го искусства или орнаментации керамики (Horison styles), замеченное еще Уле и Крёбером. Наиболее четко концепция была сфор­мулирована Уилли , который на Нью-Иоркской конференции дал подробную характери­стику каждого из пяти «стилистических гори­зонтов».

Основным в новой схеме было то, что она подтвердила на значительно обогатившемся материале основные пункты старой относи­тельной хронологии Уле - Крёбера. Таким об­разом была получена твердая система распо­ложения древностей Центральных Анд во вре­мени. Это позволило перейти к научному осмыслению древней истории Центральных Анд.

На Нью-йоркской конференции с попытка­ми создания исторической периодизации древ­ностей Андской области выступили Беннет, Стронг, Стьюард и отчасти Уилли .

Хотя каждый из них руководствовался не­сколько различными критериями, в целом их схемы совпадают . Все авторы выделяют до- керамическую эпоху с начатками земледе­лия . Вслед за ней идет эпоха становления и бытования высоких культур перуанского по­бережья . Затем наступает время перемеще­ний племен и завоеваний .

Различия этих периодизаций заключаются в терминологии и в разграничении некоторых мелких периодов. Новые термины придавали схемам Беннета, Стронга и Стьюарда види­мость исторических периодизаций, но практи­чески они не были надежно обоснованы кон­кретным археологическим материалом, а при­кладывались механически, согласно тому, что каждому автору казалось наиболее существен­ным для данного периода . Все эти схемы, на какие бы критерии они ни опирались, гре­шили излишне обобщенным и статичным под­ходом к древностям Андской области. Дело в том, что для североамериканской школы перуанистов вообще характерно полное пренеб­режение к исследованию культур во всем их комплексе. Это неизбежно ведет за собой не­достоверность исторических интерпретаций. Зачастую большие обобщения, в частности пе­риодизации, строятся на основе очень незначи­тельного полевого материала. Правильно от­мечая единство древней истории всей Андской области, эти исследователи недооценивают различия и неравномерность в развитии от­дельных районов и культур. Вершиной такого излишне обобщенного подхода к материалу было предложенное Беннетом понятие «перу­анской общей традиции» (peruvian co-traditi­on). Этот исследователь, опираясь на концеп­цию культурного ареала, сформулированную Крёбером, считал, что древности Центральных Анд составляют единство, характеризующе­еся некоторыми общими чертами для всей тер­ритории на протяжении всей истории этого района, начиная с I тысячелетия до н. э.

На самом деле эти черты прослеживаются не всегда и далеко не во всех районах Андской области. Так, например, ирригационное земле­делие появляется в одном из наиболее разви­тых районов- на севере побережья - не ра­нее периода Салинар, а более древние культу­ры - Гуаньяпе и Куписнике - его не знают. На ранних этапах неизвестна и металлообра­ботка. Она появляется не везде и не сразу. Нельзя также говорить о единстве мотивов изобразительного искусства на всем протяже­нии существования «общей традиции». Дейст­вительно, в искусстве эпох Чавин и Тиауана­ко есть сходные мотивы, но их трактовка и, по- видимому, значение совершенно различны.

Такие черты, как, например, упоминаемый Беннетом обычай паломничества к культовым центрам, вообще не могут быть прослежены на археологическом материале. Это чисто умозрительная ретроспекция обычаев инкско­го времени, известных по письменным источни­кам. То же относится и к вопросу о характере политических объединений.

Таким образом, в воззрениях североамери­канских археологов существует значительный разрыв между тщательно, но формально проа­нализированным материалом и широкими, но не имеющими достаточного фактического обо­снования историческими интерпретациями.

С 1948 г. начинается следующий, четвертый, этап развития археологии Андской области. Основное направление исследований в это время меняется. В центре внимания оказывают­ся памятники эпох, предшествовавших высо­коразвитым культурам. Работы Ф. Энгеля, Э. Ланнинга, А. Кардича и других ученых ото­двинули вглубь хронологические границы древностей Центральных Анд.

50-е годы ознаменовались большим оживле­нием археологических работ в Боливии. Отрад­но, что археологи перестали интересоваться преимущественно блестящей культурой Тиау­анако и обратились к скромным памятникам окраинных районов Альтиплано и к эпохам, предшествующим этой культуре. Большую роль в новом направлении исследований сыг­рали швед С. Риден и боливиец Д. Э. Ибарра Грассо.

С. Риден провел большие, хорошо докумен­тированные раскопки на памятниках долины Кочабамба , в районе Оруро и в местности Мольо к востоку от озера Титикака , где он работал вместе с К. Понсе Санхинесом . Его работы отличаются полнотой полевых иссле­дований, издаваемых обычно тоже полностью. К сожалению, касаясь исторической интерпре­тации фактов, С. Риден не пытается осмыслить археологические памятники и культуры как комплексы, отражающие различные стороны жизни древнего населения. Он ограничивает­ся только сравнением отдельных элементов культур, отдавая предпочтение орнаментации керамики.

Заслуга Д. Э. Ибарра Грассо состоит преж­де всего в том, что он с огромной энергией взялся за изучение дотиауанакских эпох в Бо­ливии. Он же собрал большой подъемный ма­териал в центральных и южных районах Аль­типлано, позволивший наметить области рас­пространения археологических культур в этой части страны . Исследованиями окраинных районов Альтиплано занималась в 1958 г. не­мецкая экспедиция X. Д. Диссельхофа, рабо­тавшая в долине Кочабамба и Миске .

Другим важным направлением работ были новые исследования Тиауанако и в первую очередь раскопки, организованные Центром археологических исследований в Тиауанако (CIAT), который возглавил К. Понсе Санхинес . Он применил новые для Центральных Анд методические приемы. Вместо разбросан­ных стратиграфических шурфов была разбита сетка квадратов, разделенных бровками. Это позволило копать культурный слой на боль­шой площади с хорошим стратиграфическим контролем. Несмотря на целый ряд недостат­ков, эта методика для перуанистов была про­грессивной, так как до этого такие площади на поселениях практически не вскрывались.

Большие успехи в это время были достигну­ты в районе Куско. В 1952 г. М. Чавес Бальон раскопал памятник Батан Урко к юго-востоку от г. Куско. Находки на этом памятнике поз­волили проследить стратиграфическую после­довательность керамического материала от культуры Чанапата до раннеинкских слоев .

В 1954-1955 гг. в Южном Перу работает экспедиция Калифорнийского университета под руководством Дж. X. Роу. Она провела много обследований и в Центральном горном районе. В результате ее работ была намечена периодизация культуры Чанапата и уточнены границы ее распространения. Кроме того, были внесены значительные коррективы в грани­цы культуры Уари. Еще в 1950 г. на самом Уари провел первые раскопки Беннет. Он по­пытался создать схему относительной хроно­логии культуры и определить ее место среди древностей Центральных Анд .

В эти же годы возрос интерес перуанских ученых к археологии бассейнов рек Мантаро и Пампас. Центром исследований стал Инсти­тут этнологии и археологии Университета Сан- Маркос в Лиме. В работах приняли участие и местные музеи. В результате археологическая карта этого района обогатилась многими па­мятниками. К сожалению, основным методом исследования были только разведки с более или менее подробным описанием объектов и сбором подъемного материала. В редких слу­чаях производилась шурфовка. Сколько-нибудь значительных раскопок не велось.

В 50-е годы наблюдается тенденция распро­странения полевых работ за пределы класси­ческой Андской области древних цивилизаций. Начинаются исследования дальнего севера Перу, как горного, так и прибрежного. На по­бережье, у границы с Эквадором, особенно много работает Э. Ланнинг . Результаты ра­бот в горах пока слишком отрывочны и не на­шли еще прочного места в археологии основ­ных районов Перу и Боливии.

На Центральном побережье исследования 50-х годов были связаны главным образом с изучением докерамических памятников, отно­сящихся ко времени не позже II тысячелетия до н. э. Некоторые работы коснулись и инте­ресующей нас эпохи. Так, Ф. Энгель раскопал еще один чавиноидный памятник - Курайяку - на самом юге Центрального побе­режья . Особенно интересно, что здесь уда­лось вскрыть остатки построек того времени. Однако полная публикация материала этого памятника еще не вышла в свет. Отдельные раскопки погребений производили С. К. Лотроп и перуанские археологи . В долине р. Чильон и у г. Анкон вел исследования Л. М. Штумер , а позднее Э. Табио .

Некоторое оживление полевых работ замет­но на Южном берегу Перу. В 1952-1953 гг. здесь работала экспедиция Колумбийского университета под руководством У. Д. Строн­га. Наиболее важные результаты дали раскоп­ки на поселении Кауачи, где удалось просле­дить переход от культуры Паракас к культу­ре Наска . В 1958 г. Д. Т. Уоллас раскопал поселение Серрильос, слои которого содержа­ли материал ранних фаз культуры Паракас.

Полевые работы 50-х годов в Центральных Андах проводятся североамериканскими ар­хеологами на том же методическом уровне, что и исследования долины р. Виру, публика­ции которых выходят в свет в начале этого периода. Они.полностью ориентируются на стратиграфические раскопки поселений и ста­вят своей главной задачей только установле­ние относительной хронологии.

Большой заслугой североамериканских ар­хеологов было введение в практику радиокарбонного метода датирования, открытого

Уилли обращался и к вопросу о происхож­дении древнеперуанских цивилизаций, разви­вая основную идею теории Спиндена. Он пока­зал, уже на новых материалах, что высокие культуры Андской области покоятся на проч­ной базе достижений предшествующего пе­риода .

Большую роль в его построениях играют диффузии элементов культуры из одной обла­сти в другую. В одной из работ Уилли, прав­да, оговаривается, что «диффузии и независи­мые изобретения являются в конечном счете полярными абстракциями, касающимися сложных событий человеческой жизни, и дву­мя процессами, происходящими в согласии» . В объяснении же конкретных фактов он зача­стую сильно преувеличивает роль диффузии .

Теоретические взгляды Уилли сложились к началу 60-х годов и были сформулированы в ряде статей и в книге «Метод и теория амери­канской археологии» . Они касаются древ­ней истории Нового Света в целом и близки взглядам В. Г. Чайлда и Р. Брейдвуда. В его периодизации древней истории Америки су­щественное место занимает переход от прис­ваивающего хозяйства к производящему («неолитическая революция» по Чайлду), ко­торый, как он считает, «был одним из вели­ких поворотных пунктов в человеческой пре­дыстории» . Большое внимание Уилли уде­ляет и появлению городских центров («город­ская революция» по Чайлду) .

Для Уилли характерен гораздо больший ин­терес к истории, чем для археологов школы Крёбера, но в своей периодизации он, уделяя много внимания совершенствованию способа производства пищи и, для более поздних эпох, системе поселений (settlement pattern), в очень слабой степени связывает их с развити­ем общества. В целом, однако, концепция Уил­ли представляет собой серьезный сдвиг в сто­рону историзма.

Конкретные моменты этой концепции, ка­сающиеся области Центральных Анд, разра­батывает сейчас Д. Колье , который иссле­довал становление земледелия в Андской об­ласти, отметив длительность и постепенность этого процесса. Взгляды Уилли оказывают большое влияние и на молодое поколение севе­роамериканских археологов-перуанистов .

В 50-е годы в Перу складывается нацио­нальная археологическая школа. Однако пе­руанские археологи чаще всего занимаются обследованиями и не ведут широких раскопочных работ. Большой их заслугой являются многочисленные разведки в менее изученной горной части страны. В методике раскопок они тесно связаны с североамериканской школой.

В 1953 г. в Лиме состоялась I Конференция круглого стола, на которой присутствовали как перуанские, так и североамериканские архео­логи. Она была посвящена вопросам термино­логии и относительной хронологии. II Конфе­ренция круглого стола, проведенная в январе 1958 г., рассмотрела схему относительной хро­нологии Центральных Анд и несколько видо­изменила ее. Практически это было принятием предложений Роу. Вместо пяти горизонтов с различным распространением были выделены три пан-перуанских горизонта - Чавин, Тиау­анако и Инка, которым предшествовали Докерамический и Раннекерамический периоды. Ранний и Поздний промежуточные этапы раз­местились между горизонтами . Достоинство этой схемы в том, что вместо недостаточно обоснованной технологической или даже со­циальной терминологии для целей хронологи­зации применены чисто технические пространственно-временные термины .

В ноябре 1958 г. археологии была посвяще­на первая сессия II Национального конгресса по истории Перу , а в следующем году со­стоялась Неделя перуанской археологии . И в том, и в другом случае большинство док­ладов было информационным. Эти собрания показали, что у перуанских археологов наблю­дается большой интерес к историческому ос­мыслению древностей своей страны. Так, на­пример, Р. Матос Мендьета и Л. Г. Лумбрерас пытались локализовать исторические племена чанка и уанка, связав их с различными груп­пами археологических памятников Центральных гор . Э. Чой попытался сопоставить общую схему перуанской археологии с перио­дизацией первобытного общества Моргана - Энгельса . К сожалению, он решал эту важ­нейшую проблему слишком обобщенно и не давал развернутых обоснований на конкрет­ном материале таких чрезвычайно важных и ответственных положений, как, например, на­личие государства у носителей культуры Мочика или существование класса жрецов-правителей в обществе культуры Гальинасо. Выя­вился также и ряд методических слабостей на­циональной науки, во многом еще испыты­вающей влияние североамериканской школы исследований.

Складывается национальная археология и в Боливии. В 1953 г. состоялась I Конферен­ция круглого стола . Ее инициатором высту­пил Д. Э. Ибарра Грассо. Основными вопро­сами, обсуждавшимися на конференции, бы­ли: 1) проблема выделения доиспанских куль­тур на территории Боливийских Анд; 2) их хронология; 3) их связи с культурами Перу, Чили и Аргентины. Был выделен целый ряд культур, в первую очередь на юге Альтиплано, за пределами области высоких цивилиза­ций Центральных Анд. Кроме того, конферен­ция выработала схему относительной хроноло­гии для Боливии. В ней, несмотря на все ее несовершенство, наметился правильный исто­рический подход к дате Тиауанако. Классиче­ский период этой культуры, по мнению участ­ников конференции, не мог относиться ко вре­мени ранее рубежа нашей эры.

I Конференция круглого стола, созванная в 1957 г., была посвящена вопросам изучения самого Тиауанако. Она рекомендовала немед­ленно начать исследовательские и реставра­ционные работы на этом памятнике и органи­зовала специальный Центр археологических исследований в Тиауанако (CIAT).

В начале 50-х годов Д. Э. Ибарра Грассо создал первую схему археологии Боливийско­го Альтиплано в целом .

Однако многочисленные работы этого авто­ра часто страдают бездоказательностью и из­лишне широкими обобщениями на недостаточ­ном материале. Для него характерны попытки выделять культуры и даже давать им широ­кую историческую характеристику на основа­нии только подъемного материала, зачастую очень разнородного . Кроме того, Ибарра Грассо очень склонен использовать внешнее сходство отдельных предметов для установле­ния самых отдаленных связей .

В Центральных Андах работают и археоло­ги Старого Света, пользующиеся в основном теми же методическими приемами и теорети­ческими установками, что и американские ученые.

В 1960 г. экспедиция Токийского универси­тета раскопала близ местечка Котос на севе­ре горного Перу жилой холм, в котором было обнаружено шесть строительных горизонтов. Четвертый из них был, по-видимому, синхро­нен культуре Чавин. Предшествующие гори­зонты с остатками зданий, возможно культо­вого назначения, восходят к рубежу III-II тысячелетий до н. э.

Раскопки в Котос вместе с исследованиями Д. Латропа в Яринакоче и Грута де лас Лечусас , материал которых увязывается с не­давно исследованными раннекерамическими культурами Эквадора (начало II тысячелетия до н. э.) , дают основание для пересмотра традиционных взглядов на ранние периоды развития древних цивилизаций Центральных Анд и наносят удар по концепции «перуан­ской общей традиции» Беннета.

В 60-х годах наблюдается некоторый застой в полевых работах. В небольших масштабах они ведутся лишь в Центральных районах гор­ного и прибрежного Перу . В области каби­нетных исследований большая роль принадле­жит калифорнийской группе археологов во главе с Роу. Опираясь на подробную хроноло­гию древностей долины р. Ика , они продол­жают разрабатывать дробные периодизации для различных долин побережья в дефиници­ях общей хронологической схемы Роу . Спе­циальные исследования посвящены Среднему горизонту, проблемы которого изучает Д. Менцель. . Этими же вопросами занимается и перуанец Л. Г. Лумбрерас .

Среди работ других перуанских археологов следует упомянуть каталог важнейших памят­ников побережья .

Особое место в перуанистской литературе занимают сводные работы типа книг Дж. А. Мейсона и Дж. X. Башнелла . Они носят скорее научно-популярный, чем исследо­вательский, характер и базируются обычно на североамериканской концепции археологии Центральных Анд. Их авторы добросовестно и более или менее подробно описывают древ­ности Перу и Боливии, не делая существенных исторических выводов.

Значительна группа изданий искусствовед­ческого плана . Чаще всего это великолепные публикации предметов искусства из различ­ных музейных коллекций. В научном отноше­нии они обычно обесценены тем, что изданные вещи не имеют точного паспорта, так как про­исходят из случайных находок или грабитель­ских раскопок.

Ограбление и разрушение древних памятни­ков существовало и продолжает существовать в Андской области, породив, как и во многих других районах древних цивилизаций мира, новую профессию - грабителей могил («уакерос»). Урон, наносимый ими науке, огромен, но никакой борьбы с этим явлением в Перу и Боливии практически не ведется.

Литература по археологии Центральных Анд на русском языке довольно ограниченна. Чаще всего это общие очерки в энциклопедических изданиях и журналах . Самый об­ширный из них принадлежит перу Б. И. Шаревской. По необходимости краткие, такие рабо­ты знакомят читателя только с самой общей картиной древних культур Андской области.

Несколько работ посвящено изучению от­дельных сторон доинкской истории Перу и Боливии . Так, Р. В. Кинжалов в своей кни­ге об искусстве древней Америки касается и древностей этого района, а в работе Ю. Е. Бе­резкина собраны последние данные об иссле­довании докерамических памятников перуан­ского побережья в связи с проблемой появле­ния здесь земледелия. В ряде небольших статей рецензируются отдельные работы зару­бежных исследователей и публикуются пред­меты из музейных коллекций .

Таковы основные этапы развития археоло­гии Центральных Анд. Сейчас она находится на перепутье. Становится совершенно очевид­ным, что старые методы исследования, подчи­няющие его задаче хронологизации, как бы важна она ни была, могут привести только к очень обобщенным схемам типа схемы 1947 г. и ее позднейших модификаций. С помощью этих методов невозможно раскрыть историю Андской области со всем ее многообразием и неравномерностью развития в различных рай­онах и в различные периоды.

Историю эту можно попытаться воссоздать только всесторонне изучив конкретные архео­логические культуры, разобравшись в их взаи­мосвязях и реконструировав, насколько это возможно при современном состоянии источни­ков, хозяйственные и социальные аспекты жизни древних обществ, стоящих за этими культурами.

Периодизацию развития американистики см.: L. Реricot у García, 1961, т. I, стр. 1-20.

W. Reiss und A. Stübel, 1880-1887.

A. Stübel und М. Uhle, 1892.

A. F. Bandelier, 1905; Он же, 1910.

М. Uhie, 1903.

М. Uhle, 1906; Он же, 1910; Он же, 1913а; Он же, 1925.

М. Uhle, 1913b; Он же, 1915.

М. Уле, а вслед за ним и A. Л. Крёбер культуру Мо­чика называли Прото-Чиму.

Археологический комплекс Тиуанако в 70 километрах от городка Ла-Паса. Неизвестные руины одним из первых в 19 веке начал изучать ученый А. Познанский. Этому интереснейшему занятию он предназначил 50 лет собственной жизни. Этому труду он посвятил множество произведений, и в каждом пробовал как раз разгадать тайну этих загадочных руин, их назначение и происхождение. Он пришел к выводу, что зарождение комплекса состоялось еще до н.э., где-то в 15 веке, благодаря основателям индейского народа аймара. Необходимо подчеркнуть то, что новые исследования опровергли это утверждение и также установили дату культурного расцвета в Тиуанако – наша эпоха, 3-10 столетие. Старый город был возведен на озере Титикака, на южном берегу, и был защищен сильной обороной - большим искусственным рвом и сильными стенами. Мало кто знает то, что за этим процветал и развивался большой город с административными, военными зданиями, кварталами ремесленников, жилыми комплексами, обилием водоемов и каналов и складами запасов пищи. Несомненно и то, что в городе умопомрачительной архитектуры, где все строения отличались геометрической исключительной корректностью и была основана культура Тиуанако, почитаемая инками. До наших дней дошли только легенды о судьбе данной загадочной цивилизации, и руины, которые ранее являлись культурным центром с выраженным, астрономическим и церемониальным значением. Очень хочется подчеркнуть то, что древнейшие архитекторы сначала пробовали своими строениями изобразить схему движения души от жизни к гибели, т. е. процесс реинкарнации, а также достаточно передовое для того времени представление о мире.